Рисков роста цен на продукты мы не лицезреем — zod-al.ru

  • Рисков роста цен на продукты мы не лицезреем — zod-al.ru

    09.07.2020

    ​МОСКВА, 9 июл — ПРАЙМ, Мария Балюк, Антон Мещеряков. Анонсы о коронавирусе в марте побудили россиян интенсивно запасаться не лишь продуктами первой необходимости, но и некими «народными» средствами исцеления. Некие поставщики попробовали пользоваться ажиотажем, но эти пробы довольно стремительно пресекались. Заместитель управляющего Федеральной антимонопольной службы (ФАС) РФ (Российская Федерация — государство в Восточной Европе и Северной Азии, наша Родина) Павел Заборщиков показывает: ведомство держит ситуацию с ценами под контролем. Не считая того, продолжает он, повторения вешней ситуации бояться не стоит — и правительство, и торговые сети, и сами покупатели знают, что созодать, если «2-ая волна» коронавируса все таки случится. О том, как Наша родина зависит от импорта товаров, ценах на имбирь и лимоны и о главных направлениях работы ФАС в сельском хозяйстве, Заборщиков поведал в интервью агентству «Прайм».

    — В момент ажиотажного спроса в марте наблюдался рост цен на ряд продуктов, к примеру, лимоны и имбирь. Позже подорожание разъяснялось падением импорта. Как Наша родина  в целом зависима от импорта в сфере АПК?

    — Беспристрастно у нас не настолько не мало продовольственных продуктов, по которым мы зависим от импорта. Это, в том числе, упомянутые вами имбирь и лимоны, кофе и чай. Те же лимоны, к примеру, 40% у нас импортируются из Турции, и мы очень зависим от ее поставок.

    Когда в СМИ (Средства массовой информации, масс-медиа — периодические печатные издания, радио-, теле- и видеопрограммы) стали гласить, что лимоны помогают от коронавируса, очевидно, посреди населения на их резко вырос спрос. При всем этом случилось это не в «сезон», а Турция нарастить поставки не смогла. Данными обстоятельствами попробовали пользоваться нерадивые поставщики, в связи с чем и сложилась противная обстановка. ФАС пришлось вмешаться, провести проверки, выдать предупреждения — ситуация выровнялась, но ажиотажный спрос вправду имел пространство.

    По имбирю и чесноку — та же история. Значимые объемы импорта приходятся на Китай. Но как лишь наши компании смогли условиться о доп поставках имбиря, и склады заполнились, цены резко пошли на спад. Повторения ситуации мы не ожидаем. По чесноку всплеска спроса, слава богу, не вышло.

    Еще есть несколько позиций, где мы зависим от импорта — специи, к примеру. Но, если разглядывать главные продукты, то русские производители полностью могут обеспечивать внутренние потребности населения.

    — Не так давно ФАС докладывала, что цены на продукты стабилизировались. Тем не наименее, лицезреет ли на данный момент служба опасности роста цен на какие-либо продукты?

    — Нет, не лицезреем. Наши торговые компании, беря во внимание опасности, достаточно серьезно запаслись продуктами, заполнили склады, ждя сохранения ажиотажного спроса. Но этого не вышло: граждане закупились и успокоились. 

    Что касается социально важных товаров питания, ФАС держит ситуацию с ценами на их под неизменным контролем и предпримет все вероятные меры для недопущения безосновательного роста цен.

    Были нерадивые предприниматели, которые попробовали пользоваться ситуацией. Это касается рынков гречневой крупы и сахара, где ФАС пришлось вмешаться: ситуация с параллельным ростом цен в неких регионах в ряде торговых сетей была очень ярко выраженной. Мы подозреваем картельный сговор на этих рынках, но расследование пока длится, озвучивать какие-либо итоги заблаговременно.

    В целом Наша родина довольно расслабленно выходит из этого кризиса, без суровых скачков цен. Ветвь получила опыт работы в сложной эпидемической ситуации: все соображают и логистические нюансы поставок, и нужные объемы продуктов. 

    — Другими словами повторения таковой ситуации, как в марте, не будет?

    — Мы не лицезреем даже предпосылок для этого. И правительство, и торговые сети соображают, какие деяния на опережение нужно решать, если ситуация вдруг повторится. Поставщики продуктов тоже сообразили, что все пробы пользоваться сложным положением будут агрессивно пресекаться, ничто не будет пущено на самотек. 

    — Если перебегать к разговору о русском земельном комплексе в целом, какие препядствия в АПК вы могли бы выделить и какие главные направления для работы ФАС вы видите?

    — Есть определенные препядствия в распределениях субсидий в сельском хозяйстве. Они заключаются в том, что механизмы распределения субсидий в регионах не постоянно прозрачны и единообразны. На федеральном уровне установлены общие правила, которые дают возможность субъектам в предстоящем принимать свои порядки распределения субсидий в регионе. И вот эти порядки не постоянно понятны и прозрачны.

    Часто нет подабающего информационного сопровождения распределения субсидий. Ряд требований быть может чрезмерным. К примеру, претендент не обязан иметь задолженности. А если это маленький крестьянин, у которого нет бухгалтера либо юриста, но есть две копейки долга? Наверное можно внести в правила конфигурации, отдать фермерам маленькое послабление по этим же несущественным задолженностям, чтоб снять этот ограничительный барьер при получении субсидий.

    Мы бы желали созидать на уровне регионов точные и прозрачные правила распределения субсидий, которые предоставят наиболее широкий доступ к госсредствам малым компаниям, а не только лишь большому бизнесу. На данный момент же существующая ситуация часто не разрешают маленьким фермерам пользоваться гос поддержкой из-за сложностей, провождающих этот процесс.

    Если процесс будет агрессивно регламентирован на федеральном уровне, регионам придется подстраиваться, что дозволит повысить доступность, прозрачность распределения субсидий и даст возможность верно выслеживать этот процесс. Не считая того, это даст возможность большему количеству сельхозпроизводителей претендовать на получение субсидии, и, соответственно, даст стимул развитию конкуренции, что обычно тянет за собой увеличение свойства продукции и понижение ее цены.

    — Вы желаете сказать, что разделение на стимулирующую и компенсирующую субсидии не весьма отлично работает, либо препядствия наиболее глобальны?

    — Нет, мы смотрим наиболее глобально. Служба лицезреет делему конкретно в том, что федеральное законодательство не весьма агрессивно и верно регламентирует требования к регионам.

    — Почему я уточнил: новейший механизм с начала года как раз вводился, чтоб регионы сами могли выбирать, на какие цели направлять средства.

    — Пожалуйста, мы это поддерживаем. Просто необходимо установить определенные правила, дающие возможность широкому кругу сельхозпроизводителей претендовать на получение субсидий.

    — Планируете ли формализовать и навести свои предложения в Минсельхоз?

    — Естественно. Служба довольно тесновато работает с Минсельхозом. К огорчению, коронавирус весьма серьезно воздействовал на способности общения, и на данный момент мы ждем возобновления плотной коммуникации.

    Задачка антимонопольной службы — направить внимание коллег на то, что с точки зрения конкуренции в распределении субсидий имеются недочеты, и предложить варианты для их устранения. В итоге, бесконтрольное и непрозрачное распределение субсидий — это довольно суровый коррупционный фактор. Очевидно, он проявляется далековато не постоянно, но ФАС уже выявляла нарушения антимонопольного законодательства при распределении субсидий, проводила проверки по воззваниям, в неких регионах были возбуждены дела.

    — В мае на совещании у президента РФ (Российская Федерация — государство в Восточной Европе и Северной Азии, наша Родина) Альянс экспортеров зерна озвучил предложение о разработке стабилизационного фонда для обеспечения зерном русских мукомольных компаний. Целенаправлено ли, по воззрению ФАС, создание такового фонда?

    — Мне импонирует позиция Союза экспортеров, поэтому что главный переработчик зерна это, вправду, мукомолы, и они на данный момент в достаточно сложный ситуации. Может быть, переориентация интервенционного фонда на мукомольные компании была бы правильной мыслью.

    Имеющийся механизм интервенций, который должен обеспечивать баланс спроса и предложения на рынках в критериях сезонного колебания производства сельскохозяйственной продукции, указывает огромные трудности в его реализации.

    На практике мы лицезреем, что интервенционный фонд практически работал на поставку зерна для мукомольной индустрии, и заместо стабилизации цен и поддержки уровня доходов сельхозтоваропроизводителей механизм отдал возможность получить безосновательную прибыль отдельным хозяйствующим субъектам. В этом случае я имею в виду элеваторы, которые начали «баловаться» увеличением цены хранения и отгрузки зерна, и мы стали получать достаточно огромное количество жалоб.

    — Продолжаете и на данный момент их получать? 

    — Да, и нас очень волнует такое положение дел. За период интервенций данной для нас в весеннюю пору мы получили огромное количество жалоб на деяния элеваторов в отношении отгрузки зерна интервенционного фонда. По этому вопросцу антимонопольные органы провели огромную работу вместе с органами прокуратуры. По ее результатам прокуратура ряду управляющих элеваторов выдала предостережения о недопустимости безосновательного увеличения цен, а по подтвердившимся фактам нами были возбуждены дела за злоупотребление доминирующим положением.

    — Быть может, тогда есть смысл по аналогии с субсидиями внести конфигурации в правила проведения интервенций, чтоб такового не допускать? 

    — Мы уже прорабатываем эти вопросцы и готовы отдать надлежащие предложения.

    — В котором направлении стоит развивать биржевые торги сельскохозяйственной продукцией?

    — Биржевые торги — весьма верный механизм развития конкуренции. Это и конкретные ценовые индикаторы, которые являются основой ценообразования на внебиржевом рынке, и наиболее высочайшая прозрачность, и защищенность поставщиков и производителей. Но есть в этом механизме и огромное количество сложностей. К огорчению, никогда маленький крестьянин не пойдет на биржевую площадку, ему это просто не необходимо. Не постоянно комфортна и прибыльна логистическая составляющая таковых сделок, сплетенная с весьма суровыми инфраструктурными ограничениями. 

    Не считая того, для развития биржевых торгов нужно желание самих участников рынка, ведь мы не можем их вынудить. К примеру, производители сахара в истинное время сами заинтересованы в биржевой торговле, за их я спокоен. А вот насчет производителей зерна, масличных культур — это вопросец. Понятно, что в некий степени этот продукт на бирже будет. Но ведь его размер должен быть достаточным, репрезентативным для формирования ценовых индексов.

    Потому наша задачка — не лишь расширить номенклатуру сельскохозяйственных продуктов, реализуемых на организованных торгах, географию их поставок, но и достигнуть определенных характеристик их реализации на бирже. Для этого мы инициировали предложение о предоставлении сельхозпроизводителям, реализующим не наименее 10% собственной продукции на торгах, определенных льгот. Будем стараться не заставлять, а мотивировать участников рынка к развитию биржевой торговли. 

    — Можно это интерпретировать как введение некоторой неотклонимой планки продаж на бирже, как у нефтяников, либо как планировалось создать для удобрений?

    — Таковой вариант рассматривается, но это достаточно трудно создать. Крестьянин навряд ли будет продавать часть собственной продукции на бирже.

    — А большие компании?

    — Есть таковой вариант, но вводить твердые ограничения кажется не весьма правильным. Участники рынка должны вести торговлю на бирже не поэтому, что их принудили, а поэтому, что у их есть стимул это созодать.

    — Как продвигается передача технологий от компании Bayer русским реципиентам?

    — Совсем не определены механизмы того, каким образом компания Bayer будет передавать уже отобранным русским компаниям гермоплазму для проведения научных исследовательских работ. 

    Как вместе с сотрудниками из остальных ФОИВов этот вопросец разрешится, будут разработаны и начнут действовать надлежащие нормативные акты, должен будет практически произойти рывок, на который мы все весьма рассчитываем. Далее все обязано пойти намного продуктивней. 

    — Вопросец упирается в наши контролирующие органы либо в позицию Bayer?

    — В наше законодательство, к огорчению. Не до конца проработана нормативная база, что не дозволяет процессу запуститься. Так как ранее в российскей практике не было схожих прецедентов, то и не было необходимости разрабатывать надлежащие правила и нормы. Весьма возлагаем надежды, что нам получится решить все вопросцы, в том числе на уровне правительственных комиссий. 

    — Это будут некоторые рамочные правила игры, которые позже дозволят принимать подобные решения в остальных секторах, либо они будут касаться лишь рынка АПК? 

    — Конфигурации будут касаться селекционных работ, потому что с данной для нас неувязкой мы столкнулись конкретно тут. Так как эта сфера относится к государственной и продовольственной сохранности страны, это и обуславливает текущие трудности.  Мы возлагаем надежды в наиблежайшее время преодолеть их, чтоб сделать нормативную базу для способности провоза гермоплазмы через границу. Российские компании получат ее для научных исследовательских работ и сотворения собственных линий семенного материала, который станет уже русским продуктом. Опосля проведения всех нужных исследовательских работ на соответствие качеству материал сумеет употребляться для предстоящего промышленного производства агрокультур.

    — У вас есть ожидания, когда этот вопросец быть может решен? 

    — Я весьма надеюсь, что он до конца лета двинется с мертвой точки.

Leave a Comment

To Top