Белорусские анонсы (Белоруссия): Лукашенко стращает лаптями, Тихановская призывает выстроить страну для жизни — zod-al.ru

Александр Лукашенко сейчас выступал перед номенклатурой («активом») и городскими жителями в Гомеле, его конкуренты — по телевидению. Контраст классный. И Андрей Дмитриев, и Сергей Черечень, и Светлана Тихановская гласили, что необходимы перемены, работающий же президент угрюмо отстаивал статус-кво. При этом в основном повторял знакомые страшилки про лапти и ремень.

Супругу сейчас арестованного блогера Сергея Тихановского в начале мая, когда были объявлены выборы, никто не мог представить для себя в роли соперницы Лукашенко. Сейчас же она стала кандидатурой ему в чистом виде. Тихановская подчеркивает, что ее миссия — опосля победы обеспечить добросовестные выборы с ролью тех, кого на данный момент по политическим мотивам бросили за сетку.

Хотя она и говорит раз за разом «я не политик», но денек ото денька держится все более уверенно и гласит все посильнее. Мощным было и нынешнее телевыступление. Может быть, наверху уже сожалеют, что была дана отмашка на ее регистрацию.

Тихановская пробует привлечь электорат Бабарико и Цепкало

Основной пункт плана Тихановской — то, что она не собирается управлять государством 5 лет, а проведет новейшие выборы, отметил в комменты для Naviny.by эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич. Практически ее месседж такой: кто против Лукашенко — голосуйте за меня, гласит аналитик. Он считает, что это — неплохой, технологичный ход, «попытка привлечь электорат Бабарико и Цепкало».

Карбалевич подчеркивает, что из выступавших сейчас кандидатов Тихановская в большей степени «направила внимание на саму функцию выборов». Она призвала голосовать не досрочно, а 9 августа (преждевременное голосование считается в особенности комфортным для фальсификаций), очень организовать наблюдение, также «прозвучал намек: будьте готовы отстаивать собственный выбор».

Почему о этом говорится настолько осторожно? Может быть, Тихановская ощущает, что ее электорат в массе собственной «не готов к революции», считает Карбалевич. По его воззрению, объединенный штаб (как понятно, Тихановскую поддержали команды незарегистрированных кандидатами Виктора Бабарико и Валерия Цепкало) практически продолжает созодать ставку на тезис Бабарико: если 80 процентов проголосуют за кандидатуру, никто не осмелится фальсифицировать выборы.

Директор Института политических исследовательских работ «Политическая сфера» доктор политических наук Андрей Казакевич в комменты для Naviny.by отметил: Тихановская будет вызывать сострадание, положительные эмоции (Эмоции отличают от других видов эмоциональных процессов: аффектов, чувств и настроений) у почти всех людей. Но при этом у нее и ее команды не достаточно времени, «работа штабов во многом парализована». Накал кампании понижает и то, что «более знаковые фигуры выбыли из процесса». Идет речь о Тихановском, Бабарико, Цепкало.

«Протестная волна в значимой степени сбита», — считает собеседник. «Не вижу механизма, как поменять власть», — резюмирует он. При всем этом у него «чувство, что у Лукашенко с его сегодняшней риторикой, девизами базисный электоральный потолок — 20-25%».

Опять про ремень, тележку и хождение без штанов

Сейчас в Гомеле на открытии больницы Лукашенко практически уламывал слушателей: «Когда для вас будут гласить о каких-либо реформах, о том, что для вас на данный момент на вертолетах средства привезут, начнут разбрасывать, вы, пожалуйста, не купитесь на это».

Стоит увидеть, что никто из соперников обещаний разбрасывать средства с вертолета не дает. Но работающий президент раз за разом приписывает им это, стараясь окарикатурить. Видимо, запомнилось выражение «вертолетные средства» из западных рецептов поддержки населения в связи с коронакризисом.

Выступая же сейчас перед активом Гомельской области, официальный фаворит опять вспомянул лихие 90-е, когда «мы были босоногие, без штанов, голодные». Этот образ в крайние месяцы тоже стал рефреном Лукашенко. И не от неплохой жизни. Прошедшая и сегоднящая пятилетка провалены. Средняя заработная плата в баксах не выше, чем 10 годов назад. Остается сгущать краски, рисуя постсоветский разрушение.

Но, во-1-х, без штанов все-же не прогуливались. Во-2-х, соседняя Польша, к примеру, за это время так рванула, что Белоруссии остается лишь пыль глотать. При том что президентов поляки меняют.

«Если б мы такую политику (мы ее по-научному называем социально направленной) народную не проводили, нас бы сейчас в этом зале не было. Проводили бы тут совещания и собрания остальные люди, если б еще таковой комфортный зал удалось сохранить», — заявил Лукашенко в Гомеле.

Это уже страшилка для номенклатуры с подтекстом: не остановите пятую колонну хоть какой ценой — потеряете кресла, статус. Ротация императивных элит, которая в демократических странах является нормой и, в общем-то, смыслом выборов, в речах Лукашенко подается как злодеяние и трагедия.

При иной политике, по его словам, «нас бы одевали в лапти, запрягали в тележку и погоняли бы кнутом». Этот набор метафор президент в крайнее время тоже эксплуатирует беспощадно, имея виду или захватчиков, или возможных доморощенных олигархов, которые в его трактовке обязательно правили и жировали бы у нас в случае реформ, обрекая люд на голодуху. Такие ожившие рисунки из учебников истории про эру одичавшего капитализма и окаянного царизма.

Усиление полицейщины либо преобразования?

КонтекстБН: миссия — поменять ЛукашенкоБелорусские анонсы22.07.2020TUT: чего же ожидать от выборов президента БелоруссииTUT.BY16.07.2020БН: Лукашенко меж Западом и РоссиейБелорусские анонсы16.07.2020

Представляется, что схожая риторика если и может работать, то только на самую отсталую, зашуганную, беспритязательную, патриархальную часть населения. Много ли такового осталось? В конце мая — первой половине июня, в деньки «подписной революции», в очередях к пикетам других претендентов, чтоб поставить подпись за их выдвижение, стояло много обычных людей, пожилых людей. По виду — представители ядерного электората Лукашенко. Но костерили они его в хвост и в гриву похлеще записных оппозиционеров.

Еще есть бюрократы, силовики, придворные бизнесмены, их семьи. Наверное часть из их вправду опасается утратить в случае перемен почти все либо всё, а поэтому предпочитает держаться за Лукашенко. Совместно с тем, наиболее прогрессивную часть этих соц групп полностью могут завлекать и лозунги ухода от тирании, раскрепощения инициативы, которые продвигали и продвигают другие претенденты.

Страшилки про лихие 90-е навряд ли способны оказать воспоминание на основную часть среднего класса, предпринимателей, интеллигенции, молодежи. Сиим людям охото перспектив, европейских эталонов работы и жизни. Эти социальные слои Лукашенко очевидно проигрывает. У него нет симпатичной положительной программки. Обещание настроить мостов и гигантов промышленности в новейшей пятилетке — невеселый русский подход, он навряд ли кого-либо греет. Уж сколько средств угроблено на казенную модернизацию, а толку с гулькин нос. Да сейчас и денег-то нет.

Тем не наименее, у Лукашенко за счет мощи страны, силовых способов есть практически стопроцентная возможность остаться у руля опосля 9 августа. Но что он предложит стране, куда поведет?

Вероятны два сценария, гласит Казакевич. 1-ый — предстоящее удержание власти с опорой на базисный электорат в 20-25% и силовые способы. Но в таком случае на Лукашенко будет «мощное давление со стороны общества, экономики и самой элиты». Политолог не исключает и сценария реформ. Это, по его воззрению, единственный для властей метод привлечь на свою сторону доп слои населения, выстроить устойчивую политическую систему.

Таковым образом, в случае новейшего пятилетнего срока Лукашенко окажется перед вызовом: либо крепить полицейщину, нагнетать ужас, либо раскрепощать потенциал общества, идти на преобразования, которые ему, как видно невооруженным глазом, глубоко противны.

Оба пути несут для него немалые опасности. И судя по речам этих дней, к варианту преобразований бессменный президент полностью не готов.

Меж тем его страшилки, что в случае победы политической кандидатуры белорусов будут стегать кнутом, наверняка, у почти всех вызывают глубочайшую иронию. Ага, можно поразмыслить, что сейчас, когда за политику метелят дубинками и сажают в кутузку, у нас здесь прямо королевство свободы.