Diario de Noticias (Португалия): «Мы в Венгрии не верим в Соединенные Штаты Европы» — zod-al.ru

Diario de Noticias: для Венгрии крайний европейский саммит имеет отличные, нейтральные либо нехорошие последствия?

Петер Сийярто: Мы удовлетворены плодами саммита по двум причинам. Во-1-х, мы получим больше средств из европейских фондов, чем ожидалось, на три млрд евро больше. Это одна из обстоятельств, почему мы удовлетворены плодами. Во-2-х, венгерское правительство отдало премьер-министру указание, которое он выполнил: средства должны распределяться объективно, справедливо и свободно от личных политических критериев. Это было весьма принципиально, и мы этого достигнули. Мы сохранили нашу национальную гордость.

— Можно ли сказать, если не брать в расчет экономические стимулы, что меж Брюсселем и Венгрией дела на данный момент стали лучше?

— Отлично, я могу для вас вот что сказать: Венгрия заинтересована в сильном Европейском союзе, но мы считаем, что в крайнее время деяния Брюсселя не постоянно ориентированы на достижение данной нам цели. Я объясню. Мы не согласны со сближением по принципу федерации. Мы считаем, что ЕС быть может мощным, если все страны-участницы будут сильными. Потому мы не считаем политику Брюсселя по ослаблению стран-участниц полезной для грядущего ЕС. Мы не верим в Соединенные Штаты Европы, мы верим в мощный Европейский альянс, основанный на мощных странах-участницах. Конкретно потому Брюссель должен посодействовать странам-участницам, а не ослабить их. Европейские университеты не должны совершать политически целевые атаки против стран-участниц и против их правительств.

— Когда вы гласите о политически целевых атаках, вы имеете ввиду критику в отношении угроз правовому государству. Как вы отвечаете на эти неизменные обвинения?

— Демократия и правовое правительство очень важны. Еще 30 годов назад наша страна обязана была биться за свободу, пока в 1990 году мы не освободились от коммунистического режима. Мы не одобряем, по последней мере не признаем, когда страны, унаследовавшие демократию, учат нас. Мы должны были биться за демократию, и потому мы понимаем, что ее ценность очень высока. Венгерская демократия работает. Венгрия — демократическое правительство. Правовое правительство в Венгрии работает. Атаки против нашей страны основаны на виде восприятия.

КонтекстAdvance: как Венгрия сохранила дела с Россией, невзирая на санкцииAdvance09.08.2019Корреспондент: Венгрия — друг Украины либо новейший агрессор?Корреспондент27.02.2020ABC: в ЕС возник аванпост РоссииABC.es08.11.2019

Я много раз представлял наше правительство на дебатах по вопросцу положения правового страны в Европейском парламенте, в комитете по штатским свободам, правосудию и внутренним делам, и сталкивался со всеми этими критиками и обвинениями — свобода печати, свобода слова и прочее. Я постоянно просил коллег, чтоб мне задавали определенные вопросцы, чтоб они произнесли мне, какой закон, какая часть законодательства либо регламента не разрешают штатским правам реализовываться. Чтоб они окрестили мне определенную причину того, что журналисты не могут писать либо гласить, что желают. И я никогда не получал ответа, поэтому что его не существует. Это политически целевые нападки.

Если вы спросите меня, как я думаю, что сделалось их предпосылкой, я отвечу так: наше правительство является христианско-демократическим, наше правительство продолжает следовать патриотическим методом, наше правительство открыто гласит, что для нас на первом месте стоят национальные интересы. Мы не скрываем всего этого, мы не стыдимся этого и поступаем подходящим образом. Вот та политика, что идет вразрез с доминирующим на данный момент либеральным направлением, и, кроме остального, таковая политика успешна, мы выигрываем на всех выборах с 2010 года с огромным перевесом.

— Успешна и в экономическом смысле?

— Она успешна и в экономическом, и в политическом, и в соц смысле. Успешна и идет на сто процентов вразрез с доминирующим либеральным направлением. Этого они и не могут осознать. Думаю, в этом причина нападок. Иной предпосылкой стала наша жесткая антимиграционная позиция. Мы ясно проявили, что Венгрия не готова принимать мигрантов хоть какого рода. Мы не готовы отрешиться от нашего права принимать собственное решение по вопросцу, кого пускать в страну, и по вопросцу, с кем мы желаем жить. Эта антимиграционная политика базирована на государственных интересах, и тот факт, что она успешна, — неплохой повод для атак.

— Беря во внимание ваш экономический фуррор крайних лет и средний рост ВВП (Валовой внутренний продукт — макроэкономический показатель, отражающий рыночную стоимость всех конечных товаров и услуг, то есть предназначенных для непосредственного употребления, произведённых за год во всех отраслях экономики на территории государства) в 5 процентов, каким будет воздействие covid-19 на экономику страны?

— Разумеется, что covid-19 воздействует на экономики всех государств, и, очевидно, это воздействие не будет положительным. Но мы лицезреем в этом упадке возможность. На данный момент страны и компании полны мужества и готовы инвестировать в технологии и мощности, чтоб иметь фуррор в будущем. Лично я вижу мировое соревнование в перераспределении мощностей. Что я имею в виду под сиим? На данный момент международные компании закрывают свои производства во почти всех странах, но опосля коронавируса они начнут находить новейшие места для производства, которые будут наиболее прибыльными, наиболее дешевенькими и действенными. Это хорошая возможность для государств как Венгрия.

В нашей стране самые низкие налоги в Европе: налог на прибыль 9 процентов, налог на доходы физических лиц 15 процентов и широкий диапазон льгот для бизнеса. Таковым образом, у нас есть значимая возможность привлечь в страну инвестиции. По данной нам причине, если гласить о нашем плане восстановления экономики, мы не раздаем средства гражданам, мы даем средства тем компаниям, которые обещают поддерживать собственных работников. В этом случае правительство платит половину инвестиций компании с целью поддержать уровень занятости в норме. Это весьма принципиально, мы никогда не выделяем средства на поддержку безработицы, мы постоянно финансируем борьбу с ней.

— В чем значимость отношений с Португалией? Не так давно наш премьер-министр посетил с визитом Будапешт, а скоро ваш премьер-министр прибудет к нам. Существует ли некий новейший союз интересов меж социалистическим правительством Португалии и христианско-демократическим правительством Венгрии?

— Я могу сказать, что, если мы поглядим на тенденции в европейской политике в крайние годы, мы увидим, что границы стают все наименее важными с точки зрения государственного взаимодействия. В центральной Европе у нас есть мощный союз, Вишеградская группа, куда входят Венгрия, Польша, Чехия и Словакия. У всякого из нас есть четыре партии в правительстве, принадлежащие к различным политическим семьям, но наш союз, основанный на государственном интересе, самый сплоченный в ЕС. Мы работаем в союзе с иными партиями и правительствами, которые представляют другие политические семьи. По данной нам причине значение таковых границ всякий раз все наименее выражено.

Что касается Португалии, я вынужден огласить, что мы находимся очень далековато друг от друга, чтоб иметь некий открытый вопросец. Это весьма принципиально. Полагаю, что есть области, где в наших общих интересах выступать совместно. Какие это области? Во-1-х, сейчас я подписал соглашение о сотрудничестве в области галлактических исследовательских работ с вашим министром науки, технологии и высшего образования, потому что обе наших страны собирались много инвестировать в эту сферу. Программки по развитию спутников важны для нас. Мы условились о обмене данных спутников, о технологической разработке новейших аппаратов. Это новое измерение нашего экономического сотрудничества.

Во-2-х, в Венгрии с каждым годом больше и больше юных людей учат португальский язык в институтах и школах при поддержке института Камоэнса. Это принципиально, потому мы вступили в Содружество португалоязычных государств в качестве наблюдателей, мы даем стипендии на обучение (педагогический процесс, в результате которого учащиеся под руководством учителя овладевают знаниями, умениями и навыками) сиим странам, а также помогаем с программками развития этих государств в области управления аква ресурсами, методологии музыкального образования и т.д.

3-я область наших общих интересов имеет отношение к передвижения. В этом вопросце наши представления разнятся, но это не жутко, ваша цивилизация — это цивилизация мореплавателей и исследователей, у вас были колонии. В этом плане наше прошедшее совсем различается. Наша страна материковая и имеет средние размеры. Мы осознаем позиции друг дружку и не осуждаем, но есть один общий принципиальный пункт — стратегия по вопросцам Африки. Если б мы сделали общую африканскую стратегию, мы смогли бы сделать лучше условия жизни в Африке так, чтоб африканцы могли строить будущее на собственном материке, и больше не было бы волн иммиграции в ЕС. Потому что португальский президент ставит собственной целью сделать африканскую стратегию, значительную и эффективную, он владеет нашей полной поддержкой.

— Побеседуем о НАТО (Организация Североатлантического договора, Северо-Атлантический Альянс — крупнейший в мире военно-политический блок). Венгрия согласна с взносами в 2 процента ВВП (Валовой внутренний продукт — макроэкономический показатель, отражающий рыночную стоимость всех конечных товаров и услуг, то есть предназначенных для непосредственного употребления, произведённых за год во всех отраслях экономики на территории государства), что отлично сказывается на отношениях с США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке), но также Венгрию критикуют за сближение с Россией. Как уживаются две эти перспективы?

— И снова дело в географии. Тут, в самой западной точке ЕС, могут не осознавать ситуацию в центральной Европе. Это не осуждение и не критика, это просто факт. Мы тоже не совершенно осознаем ситуацию на Пиренейском полуострове, поэтому что мы здесь не живем, мы далековато, и для нас есть наиболее принципиальные вопросцы, осознаете? В центральной Европе у нас есть определенный исторический опыт. И этот опыт дает подсказку нам, что постоянно существует некий конфликт (наиболее острый способ разрешения противоречий в интересах, целях, взглядах, возникающий в процессе социального взаимодействия) меж Западом и Востоком, и безотносительно его предпосылки, исторического периода либо участников противоборства центральные европейцы проиграют. Центральная Европа проигрывает в конфликтах Запада и Востока. Потому в интересах нашей же государственной сохранности иметь оптимальные, прагматические дела и с Западом, и с Востоком. Нас нередко винят в том, что мы шпионы Путина, пророссийские агенты и прочее. Умоляю вас, это неправда. Мы жили под властью коммунистической диктатуры… Но в интересах нашей государственной сохранности иметь прагматическое сотрудничество и с Западом, и с Востоком. Естественно, мы являемся частью самого удачного военного альянса из имеющихся сейчас, не считая того, мы члены ЕС. Я вынужден огласить, что мы не ханжы, но, к огорчению, большая часть европейский государств — да. Если мы поглядим на торговлю меж Германией и Россией, Францией и Россией, Италией и Россией, мы усвоим, что эти тенденции быстро развиваются. Довольно просто поглядеть на энергетическое сотрудничество германцев и российских. Я ничего не имею против этого сотрудничества, но мне не нравится тот факт, что Германия поначалу ведет торговлю с Россией, а позже винит в кое-чем нас. Наисильнейшие страны Европы тайком ведут дела с Россией.

— Трудно ли вашему правительству разъяснить этот прагматический подход венгерскому народу, опосля отрицательного исторического опыта отношений с русской Россией?

— Венгерский люд соображает последующее: на данный момент Наша родина поставляет 100 процентов газа для страны. И не поэтому, что это забавно, либо мы не желаем сотрудничать с иными странами, все разъясняется инфраструктурой: существует лишь один газопровод в Венгрии, и по нему приходит русский газ. Точка. Потому пока не покажется иная возможность, венгерский люд соображает необходимость сотрудничества с Россией. Если мы не будем сотрудничать с ними, в наших домах не будет отопления, а экономика не сумеет работать. Так что прагматические дела нужны, когда у тебя есть таковой огромный сосед. Этот подход не имеет никакой связи с нашим почтением к своей истории. Наш работающий премьер-министр является фаворитом антикоммунистических сил. Он был первым человеком в Венгрии, кто в конце 80-ых открыто востребовал вывода русских войск с местности нашей страны. Наша партия родилась из антикоммунистической организации. Антикоммунистические идеи заложены в нашем основании, в нашем ДНК (Дезоксирибонуклеиновая кислота — макромолекула, обеспечивающая хранение, передачу из поколения в поколение и реализацию генетической программы развития и функционирования живых организмов).

— В этом году исполняется 100 лет с подписания Трианонского контракта, заключившему Венгрию в существенно наименьшие границы, чем те, что она имела ранее. Какое воздействие этот контракт имеет на сознания венгров на данный момент?

— Это самый печальный эпизод в нашей истории. У нас забрали две третьих нашей местности. Думаю, никто не отыщет необычным тот факт, что мы считаем его государственной катастрофой. Меж тем, мы осознаем, что это печальное для нас событие — повод для радости для других, для тех, кто получил эти местности, мощности и способности. Но я думаю, что мы имеем легитимное право рассчитывать на осознание нашей катастрофы иными странами. Уважать историю — не означает быть ревизионистом. Когда вы видите на карте либо в книжках по истории Венгрию таковой, как она была ранее, огромную Венгрию, это не ревизионизм. Я имею в виду, почему мы должны фальсифицировать историю?