Lidovky (Чехия): для чего нам говорить с Россией? Это в интересах политики и сохранности Чешской Республики — zod-al.ru

В пн 20 июля правительство назначило уполномоченного по чешско-российским консультациям. Кандидатуру одобрили президент республики, премьер-министр, 1-ый вице-премьер и министр зарубежных дел. В принятии решения участвовало все правительство. Настолько широкая поддержка свидетельствует о внимании и значимости, с которыми политическое управление ЧР относится к чешско-российским отношениям. Но не все с сиим согласны, и конкретно к сиим людям я на данный момент обращаюсь.

Нередко молвят, что сегоднящая сверхнасыщенная информацией эра является «постфактической» и благоприятна не для оптимальных и беспристрастных обсуждений, а для последних проявлений в вред умеренности. С сиим можно длительно спорить и развивать эту идея. Но, как я полагаю, весьма отлично это описание охарактеризовывает наше отношение к Рф. Даже образованные и бывалые люди, в том числе причастные к наружной политике, придерживаются того представления, что «дела с Россией нам не необходимы», «мы обойдемся без Рф» и «лучше было бы, если бы мы все позакрывали и закончили разговаривать». Тем они отражают только общую атмосферу, которая у нас царствует, и выражают чувства части общественности.

Подобные представления, которые доказывают соображениями сохранности и интересами Чешской Республики, меня поражают уже хотя бы поэтому, что о значимых ограничениях либо даже прекращении отношений с Россией серьезно не думало ни одно чешское правительство опосля 1989 года, и схожий вариант не разглядывают и наши союзники. Напротив, как мне кажется, в интересах политики и сохранности Чешской Республики следует поддерживать и сохранять отличные дела с Россией.

1. Уверенность в для себя

Те, кто призывает занять твердую, конструктивную позицию в отношении Рф и ее поступков, разъясняют это тем, что мы должны знать для себя стоимость. «Мы уверенный в для себя люд с уверенной наружной политикой, не так ли?» — слышу я. Я совсем с сиим согласен. Вот лишь я убежден, что как раз уверенность в для себя как раз возникает в возможности гласить со всеми. Говорить и вести переговоры недозволено хоть какой ценой и с тем, кому на самом деле никакие переговоры не необходимы. Но современная Наша родина сама прямо призывает нас к диалогу, и наша первейшая и, фактически, основная задачка — установить, как серьезны ее намерения.

КонтекстČasopis argument: Наша родина не ведет переговоры с Чехией? А для чего ей это?Časopis argument15.07.2020Aktuálně: о чем чехам стоило бы побеседовать с русскимиAktuálně.cz13.07.2020Предводитель Коларж «подорвал бомбу»: в демонтаже монумента Коневу повинна Наша родина! (Parlamentní listy)Parlamentní listy28.06.2020

Говорить с остальными мы просто должны. Это принцип наружной политики. Обострять ситуацию, разрывать дипломатичные дела и перекрыть решение текущих вопросцев способен любой. Вести переговоры со сложным партнером на непростые темы и при всем этом вести себя конструктивно, продуктивно и по принципу равноправия — вот настоящее искусство и уверенность в для себя! Я желаю, чтоб наружная политика Чешской Республики была уверенной в себе и чтоб обычные дела с Россией были ее частью. Фактический разрыв дипломатичных отношений и подобные резкие меры сделают из нас «оригиналов» на европейской и интернациональной арене.

2. Многостороннее сотрудничество

О деятельности Рф за рубежом, в том числе на Ближнем Востоке, в Африке либо, к примеру, Средней Азии, как правило, пишут в нехорошем ключе. Хотя любой внешнеполитический шаг Русской Федерации уникален и специфичен, естественно, все согласятся, что некие поступки РФ (Российская Федерация — государство в Восточной Европе и Северной Азии, наша Родина) за рубежом достойны критики и дистанцирования. Может быть, почти все также согласятся с тем, что нравственный нюанс в политике относителен и что далековато идущие нехорошие последствия могу манить за собой и внешнеполитические шаги, скажем, Соединенных Штатов.

Потому, пожалуйста, не запамятовывайте о том, что русские деяния за рубежом (в виде прямого вооруженного роли либо в дипломатичной форме, то есть участии в переговорах, посредничестве и так дальше) не постоянно негативны, деструктивны и противоправны. Часто они содействуют стабилизации ситуации (по последней мере в целом).

Примеров можно привести несколько. Я приведу лишь один. Он быстрее возможный, но тем он важнее для страны таковых размеров и масштабов, как наша. Русская дипломатия поддерживает связи с силами, на которые у Запада, неотъемлемой частью которого мы являемся, просто нет рычагов давления. Это и Сирия, и Иран, и сепаратистские образования на востоке Украины. Может случиться (и случается!), что нам пригодятся русские «рычаги», если, к примеру, необходимо высвободить заложников-граждан европейской страны либо из гуманитарных суждений высвободить политического заключенного… Как же нам в схожих вариантах действовать, если у нас не будет налаженных отношений с Россией?

3. Билатеральное сотрудничество

В крайние годы состояние чешско-российских отношений не из наилучших, и точки соприкосновения исчезают, и тем не наименее некие еще остались. И, наиболее того, у наших отношений есть потенциал. Невзирая на препятствия, меж Чехией и Россией развивается культурное сотрудничество во почти всех сферах, ведется обмен студентами (в наименьшей степени учеными), возникают совместные исторические проекты и так дальше.

В конце концов, важную роль играет и экономическое сотрудничество, которое в Чехии один лагерь недооценивает, а 2-ой — переоценивает. Так либо по другому нереально проигнорировать два с половиной процента торговли с РФ (Российская Федерация — государство в Восточной Европе и Северной Азии, наша Родина) в общем обороте, а это 213 млрд крон в год (к слову, это больше, чем с США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) либо, к примеру, с Испанией). Наиболее того, в Чехии есть компании, для которых русский рынок является главным и актуально принципиальным. Естественно, можно сделать возражение, что сиим компаниям стоит диверсифицировать собственный портфель. Но необходимость в общей диверсификации экспорта (на данный момент он очень зависим от Германии), в том числе за счет рынков на востоке, явна как минимум всем посвященным.

Я не утверждаю, что все, что нас связывает с Россией, потрясающе. Никак. Но наша задачка — попытаться нормально и непосредственно сказать, где дела обстоят лучше, где ужаснее, где можно что-то поправить, а где усилия никчемны и так дальше. Конкретно о этом сейчас обязана пойти речь на чешско-российских консультациях. Либо, естественно, мы можем совершенно не говорить с Россией…

4. Идентичность

Я далек от мыслях «славянской взаимности» и «исторической общности». Эти формулировки часто использовались преднамеренно. Но нереально опровергать взаимодействие чешского и российского (русского) народа на протяжении истории и не лишь ХХ века. Контакты с Россией (положительные и отрицательные) принципно воздействовали на нашу идентичность, что присваивает нашим отношениям с Русской Федерацией исключительную деликатность.

Уже потому для нас и нашей своей полезности принципиально, чтоб с Россией нас связывали некоторые (функционирующие, продуктивные, «обычные») дела. Никогда они не были и не будут беспроблемными, что на данный момент подтверждает история с монументом Коневу и ситуация вокруг памятников легионерам в Рф. Разногласия — это естественная часть отношений с близкими людьми. Но выходом станет диалог, откровенная дискуссия и обоюдное почтение, а не молчание, обвинения и запугивание.

5. Демократия

Я осознаю, как удивительно и даже провокационно это может прозвучать, и тем не наименее скажу это. Демократические принципы подразумевают учет интересов избирателей, то есть представление их интересов. Значимая часть чешской общественности, чтоб кто ни задумывался о Рф, заинтересована в сохранении и даже укреплении отношений с Россией. Но как нам этого достигнуть, если мы откажемся от налаживания дипломатичных контактов?

На вопросец: «Говорить с Россией либо нет?» у меня есть конкретный ответ: «Говорить!». Но это совсем не означает, что я «пророссийский», «провосточный» либо доверчивый. Все это ярлычки, которые употребляются в основном в нашей внутриполитической борьбе, в которой наружная политика, к огорчению, перевоплотился в заложницу. Я отношусь к Рф критично.

Но в собственной критичности я стараюсь быть беспристрастным, дельным и конструктивным. Оппозиции «Запад либо Восток», «Наша родина либо Европа/США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке)» и так дальше, к которым свелись дискуссии на данную тему (в основном в соц сетях, но не лишь там), глупы. В современном многостороннем мире так вопросец не стоит. Не стоит настаивать на таком выборе. Где наше пространство, ясно: мы часть Европы, член Евро Союза и Североатлантического альянса. Мы уверенная в для себя богатая страна средних размеров. И конкретно потому и конкретно с таковых позиций мы должны говорить с Россией.

Создатель — уполномоченный правительства ЧР по консультациям с Русской Федерацией.