Политико-экономические рецепты из Лондона — zod-al.ru

В своей новой статье, посвященной мировым экономическим дилеммам, Мартин Вулф замечает, что сейчас мы живем в эру огромного количества кризисов: это естественно же covid-19; экономические расстройства; кризис демократической легитимности; кризис всеобщего достояния; кризис интернациональных отношений; кризис глобального управления. Создатель констатирует: мы не знаем, как совладать со всем сиим, частично поэтому, что тяжело создать нужные идеи для реформы, при этом ситуация осложняется к тому же тем, что политика не может обеспечить нужные перемены.

Серия материалов, размещенных в крайнее время в «Файнэншл таймс», посвященных новенькому публичному договору, выявила несколько нефункциональностй: чрезмерное бремя для компаний; разочарование западных миллениалов; уклонение от уплаты корпоративного налога; низкая зарплата у большинства людей. Наиболее того, Мартин Вулф особо отмечает и такие, как он считает, принципиальные причины, как истощение среднего класса и падение доверия к демократии, в особенности в США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) и Англии.

В 1944 году были изданы две очень принципиальные книжки, оказавшие большущее воздействие на мировую политику и экономику. Создатель труда под заглавием «Дорога к крепостному праву» экономист, нобелевский лауреат Фридрих Хайек (The Road to Serfdom, Friedrich Hayek) эмигрировавший в Лондон из Вены, предназначил его угрозы будущей̆ волны социализма. Иная книжка, «Величавая трансформация», была написана южноамериканским ученым венгерского происхождения Карлом Поланьи (The Great Transformation, Karl Polanyi), который в своём историко-экономическом исследовании пришел к выводу о том, что эта волна конфигураций была неминуемым результатом развития вольного рынка в XIX веке.

По воззрению Мартина Вулфа, оба создателя по-своему правы. Но при этом он замечает: если мы желаем осознать, что происходит сейчас, то аргументы Карла Поланьи подступают больше. Если мы желаем избежать политического краха, мы не должны стремиться подавлять рынки, но мы, непременно, должны смягчить их взрывоопасность.

В своё время эта неувязка в Англии была раскрыта 2-мя величавыми мыслителями: Джоном Мейнардом Кейнсом (John Maynard Keynes), который сосредоточил внимание на макроэкономической стабилизации, и Уильямом Бевериджем (William Beveridge), разработавшим модель страны всеобщего благосостояния. Сегодняшние дискуссии опять посвящены тому, как поддержать экономическую сохранность. Ключ к решению задачи, как считает Мартин Вулф, лежит в необходимости интегрировать макроэкономику и микроэкономику. Это два центральных экономических элемента для обновления идеи гражданства.

КонтекстПочему за пандемией может последовать инфляцияИноСМИ27.05.2020Новейший мировой беспорядокИноСМИ09.07.2020Но это чувство ответственности, согласно Джону Кейнсу, также обязано быть глобальным. Интернациональная конференция в Бреттон-Вудсе в 1944 году, в которой он сыграл гигантскую роль, сделала МВФ, чтоб посодействовать управлять мировой экономикой, и Всемирный банк, чтоб содействовать экономическому развитию. В сегодняшнее время Джон Кейнс наверное выступал бы за не наименее сильный глобальный институт в области экологии. Потребность в разработке мирового общества в раздираемом войной мире предназначила пуск Франклином Рузвельтом ООН. Это также привело к созданию Европейского объединения угля и стали в 1951 году.

Сейчас есть новейшие идеи, заслуживающие сурового внимания. И, по воззрению Вулфа, одна из более важных — необходимость перевоплотить экономику в наименее зависимую от долга, отчасти методом перераспределения доходов. Есть идеи, которые базируются на сочетании высочайшего уровня занятости с большей личной сохранностью, и идеи, которые фокусируются на налоговой реформе, включая призывы к введению так именуемого налога на роскошь. Остальные концентрируются на необходимости реформирования системы корпоративного управления, и, в конце концов, идеи, защищающие развитие конкуренции. Как считает Вульф, вызов коронавируса и неувязка конфигурации атмосферного климата напомнили о необходимости сотрудничества в мировом масштабе. Наиболее того, есть идеи, как решить и то, и другое, но это просит объединения усилий как снутри каждой страны, так на глобальном уровне, — как это было в 1940-е и 1950-е годы.

В межвоенные годы, — это был период бедствий и разногласий, — в политике властвовали такие фавориты и таковой уровень отношений меж странами, что сделало неосуществимым реализацию глобальных проектов. Одним из результатов стал провал Лиги Цивилизаций, и мир восстановился лишь опосля того, как прошел пекло еще одной войны. При всем этом только с пришествием прохладной войны США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) запустили План Маршалла, а Европа начала восстановление.

Много идей не бывает, считает Мартин Вулф, и нужен консенсус, в особенности посреди демократических государств, относительно того, какие действия нужно сделать. Конкретно Джимми Картер (Jimmy Carter) из Демократической партии, а не сменивший его на посту президента США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) республиканец Рональд Рейган (Ronald Reagan), провозгласил Пола Волкера (Paul Volcker), фаворита инфляции; конкретно британский премьер-министр Джеймс Каллаган (James Callaghan) из Лейбористской партии, а не Маргарет Тэтчер (Margaret Thatcher), заявил в 1976 году, что «уютный мир, который, как нам гласили, будет существовать вечно, где полная занятость будет обещана одной подписью министра экономики, как и понижение налогов, экономных расходов, — этот уютный мир пропал». Наружные неприятели нередко крепили единство и цементировали альянсы. Но даже если схожая стратегия могла бы сработать сейчас, это лишь усилило бы глобальные опасности, с которыми мы сталкиваемся, убеждён Мартин Вулф.

В истинное время, как досадно бы это не звучало, самой мощной силой в мировой политике является возрождающийся националистический авторитаризм буквально так, как это было в межвоенный период. Кроме китайского режима, общей чертой этих автократов является проявление личной власти. Фаворитам не много увлекательна непростая структура целенаправленной политики. Дебаты о выходе Англии из ЕС послужили неплохим примером. Меж тем доминирующее направление политики левых основано не на политике, а на идентичности в противовес консервативной и нативистской идеологии правых. При такой политике, считает Вулф, шансы на консенсус по созданию наилучшего мира кажутся минимальными, но при всем этом ситуация никак не безвыходна. Политика неких демократических стран все еще представляется разумной и эффективной.

Мартин Вулф считает, что ЕС, в конце концов, начал сплачиваться. А очевидная некомпетентность нативистских народников стала явна. И создатель откровенно уповает на то, что «почти все представители старенького рабочего класса начнут принимать президента США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) Дональда Трампа как жулика, которым он и является».

Мартин Вулф рассчитывает, что блок конструктивных, но разумных реформаторов, возродится и сумеет перестроить внутреннюю и глобальную политику, а кризис, вызванный пандемией коронавируса, может быть, станет катализатором этого процесса.

Создатель справедливо резюмирует, что для сотворения новейших коалиций идей и интересов потребуются воля и талант. В конце концов, конфигурации постоянно соединены с политикой. Политический курс дает. Политика распоряжается.