Project Syndicate (США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке)): Китай разыгрывает иранскую карту — zod-al.ru

Вашингтон — Сначала июля Иран объявил, что ведет с Китаем переговоры о соглашении сроком на 25 лет, которое обхватывает сферы торговли, энергетики, инфраструктуры, телекоммуникаций и даже военного сотрудничества.

Для Ирана перспектива сотворения стратегического партнерства с Китаем появилась в критически принципиальное время. Иранское правительство столкнулось на данный момент с народным недовольством: тонущая экономика страны пострадала от американских санкций, а сейчас к тому же от covid-19.

Ситуация утежеляется тем, что недавняя серия взрывов по всей стране усилила чувство, что режим находится в осаде. Пострадали как минимум два объекта, связанных с иранской ядерной и ракетной программками, потому данные инциденты смотрятся частью наиболее широкой стратегии США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) и Израиля по сдерживанию иранского потенциала.

Конкретно потому новость о большенном соглашении с Китаем служит для иранского правительства положительным отвлекающим маневром, она даже дозволяет ему «приобрести время» для сохранения статус-кво до президентских выборов в США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке), которые пройдут в ноябре 2020 года. Итог этих выборов обусловит последующую линию движения американо-иранских отношений и судьбу иранского ядерного соглашения 2015 года, известного как «Кооперативный всеобъятный план действий» (сокращенно СВПД), и сразу воздействует на президентские выборы в самом Иране в июне 2021 года.

Исторически иранцы избегали очень тесноватых союзов с хоть какими величавыми державами, и еще меньше они готовы согласиться на чье-либо экономическое покровительство. Дела Ирана с Китаем уже стали поводом для внутренних разногласий, и не исключено, что парламент страны откажется ратифицировать соглашение, если оно не будет пересмотрено с целью убрать определенные озабоченности.

Тем не наименее, экономика Ирана находится в вольном падении с 2018 года, когда администрация Трампа вышла из СВПД и начала кампанию «наибольшего давления» с помощью твердых санкций, призванных задушить режим. А так как режим в целом столкнулся с суровым народным недовольством, правительство иранского президента Хасана Рухани находится на данный момент под колоссальным внутренним давлением. Объявление о сделке с Китаем дозволяет правительству Рухани показать всем, что оно не складывает все яичка в одну западную корзину. Для иранского народа это сигнал, что он не находится в изоляции и что он может даже достигнуть улучшения экономического положения, невзирая на южноамериканские санкции.

На интернациональной арене Иран постоянно стремился сбалансировать одну величавую державу с иной. В ответ на дипломатичное и экономическое давление США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) на протяжении крайнего десятилетия силы сохранности Ирана стали склоняться к Рф, главные отрасли экономики страны — к Китаю, а правительство Рухани — к Европе. А сейчас в критериях нарастания напряженности в китайско-американских отношениях Иран рассчитывает, что Китай поможет ему поддержать экономику и станет противовесом для США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке). Наиболее тесноватые связи с Китаем дадут Ирану рычаг на будущих переговорах с США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) и Европой, когда речь зайдет о пересмотре либо восстановлении СВПД в прежнем виде, а также в отношениях с региональными конкурентами, к примеру, Саудовской Аравией и Объединенными Арабскими Эмиратами.

КонтекстJB Press: Наша родина подливает масло в бушующее южноамериканское пламяJB Press16.06.2020JP: Иран, Наша родина, Китай, Турция празднуют «крах» СШАThe Jerusalem Post04.06.2020CNN: провокационные военные учения Китая, Рф и ИранаCNN29.12.2019

Напротив, для Китая стратегическое партнерство с Ираном является минным полем. Хотя Китай не прекращал вести торговлю с Ираном и инвестировать в инфраструктуру данной страны, углубление связей может вызвать гнев Америки в критичный и очень пикантный дипломатичный момент. Потенциально рискуя санкциями США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке), Китай может утратить часть доступа к южноамериканскому рынку (который намного больше иранского). Логично, что китайские официальные лица меньше молвят о этих переговорах, чем их иранские коллеги. Не считая того, Китай не желает разрушать свои региональные партнерства с Израилем и Саудовской Аравией, а любая из этих государств на данный момент вовлечена в прокси-войны с Ираном либо ведет потаенные операции против него.

Так либо по другому, Китай очевидно лицезреет определенную ценность в разработке всеобъятного соглашения с Ираном — большим, принципиальным региональным игроком, чьи большие энергоресурсы и колоссальный экономический потенциал делают его естественным кандидатом для роли в китайской инициативе «Один пояс, один путь», которая нацелена в западном направлении. Китай уже покупает у Ирана нефть со скидкой (а это не таковая уж незначимая выгода для головного покупателя энергоресурсов в мире), и он стал главным торговым партнером Ирана, в том числе его основным поставщиком продукции томного машиностроения и промышленных продуктов.

Если же гласить обширнее, то на протяжении крайнего десятилетия Китай равномерно расширяет свое присутствие в Западной Азии. Он выступает в роли головного спонсора региональной Шанхайской организации сотрудничества и инвестировал выше 57 млрд баксов в Пакистан. А так как США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) собираются уйти из Афганистана, партнерство с Ираном обеспечит Китаю практически полный контроль над стратегическим коридором, протянувшимся из Центральной Азии к Арабскому морю.

В рамках данной экспансии Китай может даже получить контроль над иранским портом Чахбехар. Развитием этого порта — в ответ на китайский проект в примыкающем пакистанском порту Гвадар — занималась Индия, основной азиатский конкурент Китая. Порт Чахбехар дозволяет Индии вести торговлю со странами Центральной Азии в обход Пакистана — очередной агрессивной страны. Но невзирая на признанное значение этого порта, южноамериканские санкции вынудили Индию уйти из Чахбехара, что огорчило Иран. Наиболее того, как сообщается, Иран уже выдавливает Индию из жд проекта в обход Пакистана, который должен обеспечить связь с Афганистаном и Центральной Азией. Новость о этом разрыве возникла сходу же опосля того, как Китай и Иран объявили о достижении подготовительного соглашения.

Недавнешние пограничные стычки меж Китаем и Индией демонстрируют, как серьезно Китай относится к собственному присутствию в Западной Азии. Новое соглашение не лишь откроет Китаю возможность получить контроль над Чахбехаром и монополизировать торговые пути в Центральной Азии, но и, судя по всему, дозволит ему строить морские объекты в Оманском заливе. Хотя США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) издавна желали уменьшить присутствие на Ближнем Востоке, чтоб лучше сфокусироваться на Китае, новое китайско-иранское соглашение припоминает нам о том, что эти два театра действий никак не разбиты.

Усилив давление на Китай и Иран, США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) стимулировали эти две страны сформировать общий фронт. Хотя китайско-иранские дела пока что весьма далеки от того, чтоб сформировать новейшую ось, крайние переговоры демонстрируют, что это может быть.

Руководители наружной политики США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) должны направить на это внимание. Америке нужно будет пробовать вбить клин меж Китаем и Ираном, а для этого нужно будет решить, какая из 2-ух государств делает наиболее сильную опасность. Америкосы быть может и не желают ничего другого, не считая как уйти с Близкого Востока — раз и навечно. Но факт в том, что стратегическая конкурентность с Китаем не будет разворачиваться только в Восточной Азии.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий