The Atlantic (США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке)): как Джоан Роулинг перевоплотился в Волан-де-Морта — zod-al.ru

Спустя два десятилетия я, в конце концов, готова признать, что была самым несносным ребенком на свете. Мои родители (Родители как воспитатели несут тоже ответственность за поведение своего ребёнка в обществе) — католики, и я любила забрасывать их коварными вопросцами на засыпку, лучше под занавес долгой авто поездки. В особенности моими возлюбленными были: «Почему в мессе бога именуют «он» и «отче наш?», «Означает, у бога Y-хромосома?» и «И яйца тоже?»

Пресуществление, когда по церковной доктрине причастие из обычного хлеба преобразуется в плоть и кровь (внутренняя среда организма, образованная жидкой соединительной тканью. Состоит из плазмы и форменных элементов: клеток лейкоцитов и постклеточных структур: эритроцитов и тромбоцитов) Господню, я отторгала. «Но ведь атомы-то не изменяются! — говорила я. — Тупость какая!»

Предки меня всячески баловали, но, как можно было ждать, их ответы меня не удовлетворяли. Понимание, что ваши всезнающие родители (Родители как воспитатели несут тоже ответственность за поведение своего ребёнка в обществе) на самом деле обыденные люди с массой недочетов — неотклонимая часть взросления. Заодно понимаешь, что у их остальные ценности, и что они — продукт определенной эры из другого времени и места. Идеи и убеждения, которые они воспринимали без вопросцев, для нас лишены всякого смысла — и напротив. Под конец XX века на либеральном Западе принципы феминизма казались мне неоспоримыми: очевидно, я поступила в институт и устроилась на работу. Семья успеется — позднее, если до нее совершенно дойдет (а вот моя мать первого малыша родила в 25). Очевидно, геям полагаются те же права: с какой стати двое парней не могут пожениться? Когда мне ударило 20 лет, вышла книжка «Бог как иллюзия» (нашумевшая книжка британского этолога, биолога и популяризатора науки Ричарда Докинза, чья основная идея — что некоего сверхъестественного создателя не существует, прим. перев.), и я здесь же ее купила. Я гордо звала себя атеисткой. Религию считала инвентарем патриархального гнета и ничем другим.

Младшие миллениалы — те, кто родился опосля 1990 года совместно с главными актерами «Гарри Поттера» Дэниелом Рэдклиффом и Эммой Уотсон, — буквально так же относятся к правам трансгендеров. Для почти всех из их это вопросец публичной справедливости, революционная мысль целого поколения. Меж возражениями старших левых феминисток и консерваторов, что человек не может самолично определять собственный пол, они не лицезреют различия: и тех, и остальных считают обскурантами в плену устаревших представлений о том, что такое мужик и дама.

И конкретно миллениалов больше всего посреди фанатов Гарри Поттера — а это очень большое общество выдает сотки тыщ фанфиков по его мотивам. Потому логично, что два больших веб-сайта поклонников, «Дырявый котел» (The Leaky Cauldron) и MuggleNet, отреклись от создателя эпопеи Джоан Роулинг, когда она в прошедшем месяце заявила, что «дама» — это био категория и обязана оставаться такой.

Оба веб-сайта на прошлой недельке пообещали, что удалят ее фотографию, не станут ссылаться на ее веб-сайт и будут писать о остальных ее начинаниях чисто с хэштэгом #JKR, чтоб юзерам было удобнее отфильтровывать оскорбительный контент.

Чтоб сохранить любовь к Гарри Поттеру, его фанаты решили стереть его создателя. Роулинг, как и Волан-де-Морт, оказалась таковым злом, что само ее имя ее перевоплотился в табу — «Та-кого-нельзя-называть» (Дамблдор бы этого не одобрил. Как он учит Гарри в «Философском камне»: «Постоянно именуй вещи своими именами. Ужас имени только умножает ужас перед тем, кто его носит»).

Чем все-таки разъяснить гнев, выплеснувшийся на Роулинг? Выйди на данный момент восьмая книжка о Гарри Поттере, она бы звалась «Гарри Поттер и отчаянное желание быть обычным». Фанаты нашли, что та, кого они некогда считали всезнающей, кого они обожали требовательной и исступленной детской любовью, — совсем иной человек со своими взорами и мнениями.

Это уже собственного рода клише — гласить, что миллениалы медлительнее взрослеют по сопоставлению с родителями. Как заявила несколько месяцев вспять моя мать: «Я как и раньше считаю тебя ребенком. Но у меня самой в твоем возрасте уже было трое малышей». У меня же малышей нет.

КонтекстCicero: Роулинг оскорбила бородатого трансгендера и навлекла на себя ярость лицемеровCicero25.12.2019The Independent: создателя Гарри Поттера обвинили в «трансфобии»The Independent08.06.2020Детки из среднего класса, родившиеся опосля 1990 года, детки, чьи родители (Родители как воспитатели несут тоже ответственность за поведение своего ребёнка в обществе) брали им книги и билеты в кино, пришли на рынок труда уже опосля денежного краха, когда состоятельная жизнь стала казаться недосягаемой мечтой. Значимая часть этого поколения выросла совместно с Гарри Поттером, и почти все не расстались с Гарри и Драко даже в свои 20, меж постами в Инстаграме о тяготах взросления: как тяжко готовить пищу либо, скажем, стирать белье. И во многом они оказались правы: таковым, как они, взрослеть оказалось нелегко. Много остроумных и начитанных выпускников колледжей, которым еще 10 годов назад светила надежная и валютная работа, угодили в ловушку случайных подработок и крохотных съемных квартир. Желаете жилище в большенном городке? Фортуны накопить на начальный взнос. Желаете начать откладывать на пенсию? Сначала найдите размеренную работу!

Остальные трудности взросления — это к тому же понимание того, что люди заблуждаются, а мир сложен. Предки и кумиры — великаны на глиняных ногах. Назовите это утратой юношеского идеализма либо прагматизмом, но это дозволяет выжить во взрослом мире. И эта внутренняя борьба еще предстоит поклонникам Гарри Поттера. Они и так длительно дулись на Роулинг за то, что она повсевременно вмешивается во вселенную Поттера, пачкая их невинные детские мемуары. Они забеспокоились, когда она постфактум сделала книжки наиболее инклюзивными, объявив Дамблдора геем и упомянув некоторых «индейских колдунов» в рассказе на Pottermore.

Оба инцидента напомнили поклонникам, что поттериана — детище Британии 1990-х годов, чьи понятия и представления разительно отличались от сегодняшних. 1-ая книжка вышла в 1997 году, когда английская поп-культура была поразительно белоснежной, до легализации однополых браков оставалось наиболее десятилетия, а популярнейшая газета страны раз в день публиковала на третьей страничке фото полуголых дам. Тогда книжки о Поттере — с их гармоническими женскими персонажами и отказом от знати — казались прогрессивными. Сейчас они исторические.

Тонны фанатской литературы дозволили юной публике переписать историю Гарри Поттера под собственные ценности, несколько смягчив их дискомфорт (но сохранив ностальгию по английской системе личных школ — бастионе элитарности). Наиболее современные работы Роулинг из вселенной Гарри Поттера напомнили им, что ничто из этого не канон, и что на языке веба «проблематичен» сам их кумир.

Такие дела меж фанатами и создателями — отличительная черта современности, такая требовательная близость. Энид Блайтон и Роальда Даля разъяренные читатели, обиженные их воззрениями и сюжетами, не допекали (Даль известен антисемитскими заявлениями, а книжки Блайтон — просто пособия по бытовому расизму). Они не застали жалоб на возмутительную «белизну» и «гетеросексуальность» собственных книжек и не отпугнули читателей откровенными твитами.

Роулинг со своим взором на задачи пола, пусть и сочувственным, все таки кидает вызов жарким убеждениям собственных фанатов-миллениалов. Ее пост поднял вопросцы о сексапильном насилии, ранешном переходе и атмосфере запугивания, которая аккомпанирует дискуссии на данную тему. Она утверждала, что ее свой опыт домашнего насилия обучил ее значимости однополых пространств и пособолезновала жертвам трансгендеров. Ее критиков это не уверило. Рэйвен Смит из журнальчика Vogue именовал ее пост «многоречивым чувственным пустословием, к которому обычно прибегает ваша бывшая, сообщая о расставании». Аджа Романо из Vox — «глубоко досадным произведением, замешанном на театральном заламывании рук, притянутых за уши аргументах о злодейских трансженщинах, устарелой науке и неинклюзивных взорах». «В особенности поражает эгоцентризм создателя», — замечает она. Романо — а у нее в профиле указаны местоимения «она» и «они» — пишет, как убрала книжки Роулинг со собственной полки, не способен примирить свою небинарную личность с любовью к Поттеру.

Нехитро, что трансгендеры чувствуют опустошенность и беспокойство: их личности и тела стали бойцами культурной войны. Почти все феминистки — сторонницы Роулинг чувствуют то же самое. Но перемирие нереально без спора, который решит поставленные Роулинг вопросцы. Но заместо почтительной дискуссии мы лицезреем, как Уотсон, актриса, сыгравшая Гермиону Грейнджер, рассыпается в пустых любезностях: «Я желаю, чтоб мои транспоклонники знали, что мы, я и почти все остальные по всему миру, лицезреем вас, уважаем и любим таковыми, какие вы есть».

Рэдклифф выступил с наиболее обширным заявлением — но тоже не предложил, как вырулить из данной нам правовой и культурной трясины. «Трансгендерные дамы — тоже дамы, — написал он. — Понятно, что нам необходимо посильнее поддерживать трансгендеров и людей третьего пола, не подвергать сомнению их личность и не причинять им последующую боль (физическое или эмоциональное страдание, мучительное или неприятное ощущение)».

Некие реакции в соцсетях на пост Роулинг были откровенно злостными — при этом самые возмущенные юзеры показали полное равнодушие к затронутой ей теме сексапильного насилия. Оскорбленные чувства превзошли физические раны Роулинг. Если признать, что взоры Роулинг во многом сформировало пережитое ей насилие и что это участь почти всех дам, разделять людей на угнетателей и угнетенных становится сложнее. Винить жертву посреди прогрессивных активистов строго воспрещено, равно как и ставить под колебание чью-то гендерную идентичность. Потому заместо обсуждения конфликт (наиболее острый способ разрешения противоречий в интересах, целях, взглядах, возникающий в процессе социального взаимодействия) просто замяли.

Статьи по темеThe Spectator: аплодирую Джоан Роулинг, которая не побоялась высказаться о трансгендерахThe Spectator20.12.2019Spectator: как Джоан Роулинг перевоплотился в злостную колдунью современностиThe Spectator10.06.2020Снова же частично это желание создать мир проще. Поколение миллениалов подросло в мире, чей вид обусловили завоевания 1980-х годов, когда радужный фронт квир-активистов, феминисток и левых бросил вызов истеблишменту и религиозным правым: отрицателям СПИДа, сексистам из гольф-клубов, сторонникам сегрегации и телепроповедникам, разглагольствующим о Содоме. Сейчас провести разделительные полосы сделалось труднее, и современным левым тяжело разобраться в столкновении 2-ух угнетенных групп — к примеру, ограниченные родители-мусульмане и школьные программки в поддержку ЛГБТК.

Масса фанатов в собственных комментах к статье Роулинг рассуждают, о чем «по сути» был «Гарри Поттер» и кинула ли создатель его принципы. Сторонним эти споры могут показаться необычными: аргументы о фашизме и евгенике перемежаются ссылками на гоблинов и обратное зелье. Но это только обосновывает, как глубоко поколение миллениалов сформировано Роулинг и ее миром. Таковой чувственный синтез читателя и писателя происходит только с книжками, которые нас трогают в ранешней молодости (мне обидно, но я чувствую странноватое облегчение от того, что мой возлюбленный Терри Пратчетт — уже покойный).

На веб-сайте «Дырявый котел» один комментатор осудил «обеззараженный поток новостей, будто бы возвращение Волан-де-Морта». Иной увидел, что Волан-де-Морт демонизировал грязнокровок и магглов за то, что те не унаследовали волшебные возможности: «Угадай, кто еще демонизирует людей за „некорректную» кровь (внутренняя среда организма, образованная жидкой соединительной тканью. Состоит из плазмы и форменных элементов: клеток лейкоцитов и постклеточных структур: эритроцитов и тромбоцитов)?» Роулинг отдала им инструменты как метод зания мира. Сейчас установилась пора оторваться от ее вселенной, выяснить, где завершается Гарри Поттер и начинаются они сами. А это не наименее принципиальная веха, чем съехать от родителей и начать жить одному.

Что до меня, то подпорченные авто поездки с родителями ушли в прошедшее. Я все еще атеистка, но сейчас поняла: религия учит родителей нравственности. Когда я росла, они добровольцами прогуливались на кухню для бедных, и на нашем рождественском обеденном столе постоянно накрывалось пространство для кого-то одинокого. Крайние несколько месяцев мать прогуливается в поликлинику к нездоровым и умирающим и мучительно переживает, как бы не занести covid-19 (хотя ей самой 75).

Мои вопросцы насчет родительских убеждений как и раньше легитимны: запрещенных тем не существует. Моя критика организованной религии — тоже. Но жить доктриной за счет населения земли недозволено. Взрослеть тяжело, поэтому что мир — не армия Дамблдора против Пожирателей погибели, а Роулинг не перевоплотился в Волан-де-Морта в одночасье. Сможете не соглашаться с ее воззрением о сексе и поле, но она — редчайший мультимиллионер, который платит налоги по той же ставке, что и мы с вами, неутомимый боец за права матерей-одиночек, основоположник благотворительной организации, которая пристраивает малышей из детских домов, и дама, пожертвовавшая 1 миллион фунтов стерлингов на борьбу с пандемией.

Тем, кому кажется, что их отвергли либо сбили с толку, следует находить утешения у персонажа, который и есть реальный нравственный столп вселенной Гарри Поттера. И это совсем не Гарри, мальчик-везунчик, которому никогда не изменяет фортуна и который никогда не ошибается. Это Северус Снейп. Его оскорбил отец Гарри, и он решил на нем отыграться, он обожал мама Гарри и кинул ее друзей, а позже искупил свою вину мерзким поступком. Забияка, жертва, злодей и герой — одним словом, человек.