The Atlantic (США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке)): США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) нужна новенькая наружная политика — zod-al.ru

Возникает соблазн создать всеобъятные выводы о том, какой будет геополитика опосля пандемии. Кто-то утверждает, что мы стали свидетелями агонии южноамериканского господства, схожей тому, что случилось с Британией опосля Суэцкого кризиса 1956 года. Кто-то приводит резоны о том, что Америка, являвшаяся главной движущей силой сложившегося опосля прохладной войны интернационального порядка, временно оказалась недееспособной, так как за ее рулем посиживает опьяненный президент. Завтра за руль сядет наиболее трезвый шофер, и Соединенные Штаты стремительно восстановят свое мировое лидерство.

Мы еще пока многого не знаем о вирусе и о том, как он изменит интернациональный ландшафт. Но нам понятно, что мы оказались в одном из тех редчайших переходных периодов, когда господство Америки потухает, а на горизонте маячит анархия. Собственной неустойчивостью, своим геополитическим и технологическим динамизмом этот момент кое-чем похож на время перед Первой мировой войной, которое вызвало два глобальных военных бедствия, опосля что муниципальная мудрость смогла возвыситься до уровня брошенных миру вызовов. Чтоб преодолеть этот непростой переходный период, США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) придется выйти за рамки дебатов на тему отступления и возрождения, и наиболее основательно переосмыслить роль Америки в современном мире.

Мы оказались среди руин, вызванных пандемией. Наиболее полумиллиона людей во всем мире погибли, количество голодающих на планетке удвоилось, и сейчас свирепствует самый разрушительный со времен Величавой депрессии экономический кризис. Но еще за длительное время до того, как коронавирус нанес собственный удар, построенный и возглавленный США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) либеральный мировой порядок становился все наименее либеральным и организованным — и наименее южноамериканским. Эпидемия убыстрила эту тенденцию и отягчила существовавшие ранее условия.

США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) и их союзники мучаются от пандемии, отвлекаются на борьбу с ней, а в их лагере появился раскол. В то же время, вырастают амбиции Китая, который стремится стать основным игроком в Азии, а также переработать международные университеты и правила в угоду своей силе и предпочтениям. Эпидемия также высветила слабенькие стороны китайского управления, наглядно продемонстрировав его обеспокоенность нерасторопностью экономики и недовольством в обществе. В итоге оно увеличивает репрессии снутри страны и производит еще наиболее брутальную и воинственную дипломатию.КонтекстTAC: США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) нужно помыслить, как прекрасно сойти со сцены, а не заливать Пентагон деньгамиThe American Conservative24.04.2020The Atlantic: упадок южноамериканского мираThe Atlantic29.06.2020TAC: потрясены тем, что Наша родина поддерживает Талибан*? Ну и зряThe American Conservative15.07.2020

Остро чувствующий беспомощности остальных, Владимир Путин упускает из виду беспомощности самой Рф. Крах нефтяного рынка и неискусное управление Путина в критериях пандемии еще более ослабили односторонную экономику данной для нас страны и ее застойную политическую систему. Умея наносить мощные контратакующие удары, Путин отлично лицезреет способности для подрыва и дезорганизации стран-конкурентов, реализуя стратегию, которая помогает слабеющей державе сохранить собственный статус. Но допуск на ошибку у него повсевременно сокращается.

Европа оказалась меж 3-х огней: это самоутверждающийся Китай, ревизионистская Наша родина и сумасбродная Америка. Не считая того, там появился свой политический распад, и наибольшее недоумение тут вызывает Брексит. Дрейф трансатлантического альянса усиливается. США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) желают, чтоб Европа больше делала и меньше гласила. А Европа опасается перевоплотиться в поле, которое будут топтать своими великанскими ногами величавые державы.

Эпидемия также усилила кавардак и кризисные явления на Ближнем Востоке. Сторонники брутальной политики в Тегеране и Вашингтоне встают в воинственные позы, готовые к небезопасной эскалации. Раскручивается спираль опосредованных войн в Йемене и Ливии. Сирия как и раньше остается кровавой развалиной. А неизбежная аннексия Западного берега реки Иордан Израилем угрожает смертью двухгосударственному решению.

Волна пандемии обвалилась на развивающиеся страны, и в данной для нас обстановке самые хрупкие общества будут становиться все наиболее уязвимыми. В Латинской Америке сейчас налицо самый большой экономический спад за всю ее историю. Африка с ее стремительно возрастающими городками, с нехваткой продовольствия, воды и мед услуг сталкивается с более суровыми угрозами по сопоставлению с иными частями мира.

Все эти препядствия и неопределенности усугубляются еще более в силу продолжающихся технологических сбоев, а также по причине идейного и экономического соперничества.

Темпы перемен так значительны, что спотыкающиеся и занятые событиями снутри собственных государств фавориты не успевают формулировать правила движения. Неверная информация распространяется с той же скоростью, что и правдивая, а заразные заболевания наносят вред резвее, чем возникают лекарства от их. Те технологии, которые дали большие способности населению земли, сейчас попали на службу к авторитарным фаворитам, использующим их для усмирения и угнетения людей, а также для слежки за ними.

Победоносное шествие глобализации издавна уже в прошедшем, и общества сейчас никак не могут совладать с нарастающим неравенством и циничными побуждениями. Демократия уже наиболее 10 лет отступает, а публичный контракт меж властью и гражданами серьезно ослабел. Начался разрушение интернациональных институтов, которые парализованы излишком бюрократии, нехваткой инвестиций и массивным соперничеством меж большими державами. И над всем сиим угрожающе нависла опасность погодных конфигураций, так как наша планетка задыхается от выбросов углерода.МультимедиаСмерть Джорджа Флойда подняла бурю по всему миру (Reuters)Reuters08.06.2020Ограбления по-американскиИноСМИ04.06.2020

В таковой момент остро нужно уверенное лидерство и умение повести за собой, чтоб появилось чувство порядка. Нужна организующая сила, способная преодолеть сложную мешанину вызовов и заморочек, стабилизировать геополитическое соперничество и хотя бы как-то защитить общемировые публичные блага.

Но мы сейчас переживаем один из худших моментов в американской истории. Девиз «Америка до этого всего» на самом деле значит, что до этого всего Трамп, Америка в одиночестве, а америкосы предоставлены сами для себя.

Будущее США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) опосля пандемии не предопределено. К нам как и раньше прислушиваются, и мы как и раньше принимаем судьбоносные решения. Сейчас они труднее тех, которые мы воспринимали в конце прохладной войны, когда неоспоримое приемущество США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) служило амортизатором, смягчавшим наши ошибки и поддерживавшим наши иллюзии. Но принимаемые сейчас решения имеют даже большее значение, чем те, которые мы воспринимали 30 годов назад.

Сейчас США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) должны создать выбор из 3-х общих стратегических подходов: отступление, возрождение и переосмысление. Любой из их служит нашим интересам и защищает наши ценности. Разница в оценке американских ценностей и степени воздействия, а также тех угроз, с которыми мы сталкиваемся. Любой из этих подходов просто можно раскритиковать, но они все заслуживают добросовестного анализа.

Отступление

Почти все америкосы сейчас сталкиваются с актуальными и экономическими последствиями пандемии, мучаются от открытых ран расового раскола и колеблются в силе и перспективах американской идеи. По данной для нас причине им тяжело поднять разводные мосты и выполнить отступление, чтоб закрепиться на собственных позициях. Нетрудно прийти к выводу и о том, что опосля прохладной войны наши главные партии бесталантно растранжирили «однополярный момент», из-за что Америка перенапрягла свои силы за рубежом и приложила недостаточно усилий для внутреннего развития.

Сторонники отступления говорят, что друзья и неприятели Америки весьма длительно и отрадно отдавали на откуп США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) решение заморочек глобальной сохранности, а сами извлекали из этого немалые выгоды. Европа могла растрачивать меньше средств на оборону и больше — на соц обеспечение. Китай сумел сосредоточить усилия на модернизации экономики, пока Америка обеспечивала мир во всем мире.

Может быть, на данный момент Америка является первой посреди неравных. Но представление о том, как будто ее фавориты в состоянии возродить эру неоспоримого южноамериканского первенства, не допустить усиления Китая и возвратить наши дипломатичные дела и инструменты в дотрамповское, допандемийное состояние — это иллюзия.

Отступление нередко искажают, называя шовинистическим изоляционизмом либо патологическим упадничеством. Его нередко представляют как некоторый призыв Бэннона выкинуть за борт чувство просвещенного своекорыстия и наконец сосредоточиться на самих для себя. Сущность данной для нас идеи никак не конструктивна. Она предугадывает суженное осознание наших актуально принципиальных интересов, резкое сокращение воинских контингентов за рубежом, отказ от устаревших альянсов и обуздание нашего миссионерского рвения, с которым мы строим демократию за рубежом. Отступление значит отказ от нашего высокомерно-пренебрежительного дела к национализму и суверенитету, а также признание того, что остальные страны постоянно будут создавать и защищать сферы собственного воздействия. А еще отступление значит осознание того, что сдерживать опасности и собственных врагов Соединенные Штаты могут эффективнее, чем уничтожать их.Статьи по темеThe Atlantic: как побороть китайскую пропаганду, даже если она является правдойThe Atlantic04.06.2020ТАС: Америка очень слаба, чтоб совладать с своей империей?The American Conservative18.06.2020The Atlantic: сходу опосля пандемии Западу нужно заняться брутальным оппортунизмом ПутинаThe Atlantic19.05.2020

Основная опасность отступления заключается в том, что оно может завести нас очень далековато. Любые пробы изолировать США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) от наружного мира чреваты сложными последствиями. Принципиальным предостережением в этом плане может послужить попытка президента Барака Обамы поменять условия южноамериканского присутствия и деятельности на Ближнем Востоке. Его вдумчивая долгая игра наткнулась на асинхронные страсти недлинной игры этого региона, в итоге что появились значительные неурядицы и сомнения в американской мощи и воздействии.

Есть и наиболее масштабные структурные вопросцы. Если Соединенные Штаты признали собственный относительный спад и умерили наружные амбиции, то где тот нарастающий союзник, которому Америка может передать эстафетную палочку, как англичане передали ее США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) опосля 2-ой мировой войны? Какими бы косными ни были некие наши альянсы, могут ли южноамериканские фавориты быть убеждены в том, что без их они сумеют лучше сформировывать судьбу Соединенных Штатов? Нет ли опасности в том, что США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) преобразуются в островную державу, проживая в мире, который негостеприимно относится к островам? Ведь Китай равномерно начинает доминировать на просторах Евразии, Наша родина преобразуется в его слабеющую пособницу, а Европа становится изолированным придатком.

Сумеет ли Америка в критериях отступления и ослабления собственной твердой силы играться организующую роль в таковых вопросцах как климатические конфигурации, нераспространение ядерного орудия и глобальная торговля, которую не в состоянии играться ни одна иная страна?

Возрождение

Можно выступить с резоном о том, что первородный грех Америки — это неуверенность в для себя, а не высокомерие. Невзирая на все недостатки и недочеты, глобальное лидерство США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) положило начало эре беспримерного мира и благоденствия. Мы отказываемся от этого лидерства для себя на неудачу. Сторонники отступления придерживаются точки зрения дипломата Джорджа Кеннана, который считал, что чем резвее Соединенные Штаты откажутся от собственного отеческого альтруизма и станут обыкновенной большенный государством, тем лучше им будет. Возрожденцы же считают, что обрекать Америку на такую роль в нашем неуправляемом мире было бы роковой ошибкой.

Они говорят, что опосля распада Русского Союза США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) не смогли в полной мере пользоваться своим приемуществом. Южноамериканские фавориты по своей наивности содействовали усилению наших будущих конкурентов, полагая, что те удовлетворятся местом за нашим столом и не станут изгонять Америку, сидящую во главе этого стола наций. США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) замедлили расширение НАТО (Организация Североатлантического договора, Северо-Атлантический Альянс — крупнейший в мире военно-политический блок), чтоб ослабить обеспокоенность Рф, но стали очевидцем того, как еще наиболее реваншистская Наша родина встает на ноги. США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) приветствовали Китай в составе Глобальной торговой организации в качестве «ответственного заинтересованного лица», но не смогли призвать его к ответу, когда тот продолжил свои безответственные деяния, нарушая все вероятные правила, в то время как южноамериканский средний класс вытерпел крах.

Возрожденцы утверждают, что самые большие мучения Америка испытывает тогда, когда делает очень много, но старается очень не много. Они считают, что неопределенности скользкой стези забугорных интервенций южноамериканские фавориты страшились намного больше, чем бесспорной людской катастрофы, которая возникает в критериях южноамериканского бездействия. Они считают оскюмороном «управление сзаду» и задумываются, что США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) не сообразили, как очень зарождающиеся демократии зависят от Америки, и как методично самовластные правители будут оговаривать демократическую модель.

Бойцы армии США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) на военно-воздушной базе в Афганистане

Сейчас Соединенные Штаты уже не владеют бесспорным приемуществом, но стрелки на весах силы и воздействия как и раньше весьма значительно склоняются в нашу сторону. Невзирая на раны, которые мы сами для себя нанесли, у нас как и раньше самая мощная в мире армия, самая влиятельная экономика, самая широкая система альянсов и самая мощная мягенькая сила.

Возрожденцев беспокоит опасность лишней реакции на относительный упадок Америки. Соперничество с Китаем не является новейшей прохладной войной, которой нужно избегать всеми силами. Это борьба, которую нужно вести уверенно, и в какой необходимо побеждать. США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) должны отторгнуть возвращение в мир с закрытыми сферами воздействия. Америке нужно близко к реальности глядеть на усиление технологического авторитаризма и давать ему резкий отпор во содействии с демократиями. И хотя нам может пригодиться инвентаризация наших внешнеполитических инструментов во избежание тех перегибов, которые имели пространство опосля 11 сентября, опасность сокращения военных бюджетов и ослабления военного потенциала намного перевешивает выгоды.

По воззрению критиков, олицетворением взглядов возрожденцев стала передача «В субботу вечерком в прямом эфире». Тут уместно перефразировать бессмертные слова продюсера Брюса Дикинсона: мир лихорадит, и единственный рецепт — это больше южноамериканского лидерства, какими бы противоречивыми, эгоцентричными и неслаженными мы иногда ни казались, и вроде бы ни надоела нашим товарищам Америка в роли примадонны.

Но обещанное лечущее средство вызывает массу вопросцев, которые остаются без ответа. Хватит ли южноамериканскому народу мужества, терпения и ресурсов, чтоб вести борьбу галлактических масштабов с авторитаризмом либо вступить в безудержное соперничество с Китаем? Необходимы ли, и достижимы ли те максималистские цели, о которых иногда вещают участники дебатов? Как далековато готовы пойти наши союзники в совместной борьбе за общее дело? Убыстрит либо затормозит обновление южноамериканского среднего класса наша наиболее настойчивая наружная политика? Является ли сдержанность приглашением к кавардакам, либо это наилучшая защита от их?

Переосмысление

У нас есть выбор: разорвать веревку, которой мы привязаны к колышку, либо смириться с нескончаемым позвякиванием колокольчика на нашей шейке.

Мы живем в новейшей действительности. Америка больше не может диктовать ход событий, как делала это ранее. Администрация Трампа больше всех иных администраций на моей памяти нанесла вреда южноамериканским ценностям, стилю и воздействию. А наша цивилизация сейчас расколота по политическим, расовым и экономическим признакам посильнее, чем на протяжении жизни нескольких поколений. Но если представить, что мы перестанем рыть для себя глубокую яму снутри страны и за рубежом, у нас будет больше способностей, чем у хоть какой иной большой державы, для мобилизации коалиций и для преодоления геополитических порогов в бурных реках XXI века.КонтекстTAC: США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) нужно помыслить, как прекрасно сойти со сцены, а не заливать Пентагон деньгамиThe American Conservative24.04.2020The Atlantic: упадок южноамериканского мираThe Atlantic29.06.2020TAC: потрясены тем, что Наша родина поддерживает Талибан*? Ну и зряThe American Conservative15.07.2020

Нам неприемлимо ограничиваться умеренным косметическим ремонтом возрожденческой по собственной сущности стратегии, и мы в равной степени не имеем права наводить смелый риторический глянец на стратегии отступления. Мы должны переосмыслить назначение и практическое применение американской власти, отыскав баланс меж нашими амбициями и пределами способностей.

До этого всего, южноамериканская наружная политика обязана способствовать внутреннему обновлению. Умная наружная политика начинается дома — с мощной демократии, общества и экономики. Да и заканчиваться она обязана там же, создавая больше высококачественных рабочих мест, уплотняя сохранность, улучшая окружающую среду и содействуя формированию наиболее справедливого, живучего и непредубежденного общества.

Благополучие южноамериканского среднего класса обязано стать тем локомотивом, который приводит в движение нашу внешнюю политику. В стране издавна уже назрела корректировка исторического курса. Нам необходимо добиваться наиболее комплексного экономического роста, который обеспечивает сокращение различия в доходах и в здоровье населения. Наши деяния за рубежом должны содействовать достижению данной для нас цели, а не препятствовать ей. Очень принципиально в качестве приоритета разглядывать потребности американских рабочих, а не прибыли американских компаний. А управление страны обязано создать так, чтоб торговые и вкладывательные сделки отражали эти потребности.

Но это не значит, что мы должны оборотиться спиной к торговле и к глобальной экономической интеграции. Цепочки поставок в неких секторах, имеющих огромное значение для государственной сохранности, требуют диверсификации и наличия других способностей, так как это делает их прочнее и устойчивее. Но политические руководители не должны нарушать работу тех глобальных каналов поставок, которые приносят выгоду южноамериканским пользователям и содействуют развитию формирующихся рынков. Улучшенные подходы в экономике могут включать в себя элементы промышленной политики, а власти должны больше сосредоточиться на поддержке науки, технологий, образования и исследовательских работ. И все это обязано сопровождаться реформами нашей подорванной иммиграционной системы.

2-ой принципиальный ценность в переосмысленной наружной политике касается больших глобальных заморочек, таковых как климатические конфигурации, слабость мирового здравоохранения, распространение орудия массового ликвидирования и технологическая революция. Все эти препядствия впрямую влияют на здоровье, сохранность и благополучие янки. Без помощи других Соединенные Штаты не сумеют решить ни одну из этих заморочек. Для их решения требуется международное сотрудничество, действующее вопреки нарастающему стратегическому соперничеству.

А это просит новейшего многостороннего подхода, который предугадывает систему коалиций в составе государств-единомышленников. Собрать такие коалиции лучше хоть какой иной страны могут только Соединенные Штаты. Также нужен прагматичный подход к реформированию интернациональных институтов и расторопная дипломатия. Наша военная система передового базирования посодействовала преодолеть огромное количество угроз сохранности в годы прохладной войны. Буквально так же превентивная дипломатия способна смягчить неминуемые потрясения в нашем обществе и укрепить его жизнестойкость.Статьи по темеThe Atlantic: как побороть китайскую пропаганду, даже если она является правдойThe Atlantic04.06.2020ТАС: Америка очень слаба, чтоб совладать с своей империей?The American Conservative18.06.2020The Atlantic: сходу опосля пандемии Западу нужно заняться брутальным оппортунизмом ПутинаThe Atlantic19.05.2020

3-ий важный ценность является для нас величайшим геополитическим вызовом. Идет речь о соперничестве с Китаем. В крайние десятилетия расхлябанное мышление привело нас к тому, что мы придаем очень огромное значение выгодам от взаимодействия с Пекином. Сейчас появилось расхлябанное мышление другого рода, которое принуждает нас придавать очень огромное значение сдерживанию и размежеванию, а также неизбежности конфронтации. Как и на пике прохладной войны, мы сейчас раздуваем и преувеличиваем опасности, всеми силами стараемся обосновать подлинность нашей воинственности, придаем излишнее значение военным подходам и сужаем политическое и дипломатичное место, нужное для сдерживания соперничества величавых держав.

Америка не в состоянии предупредить усиление Китая, а наши экономики очень тесновато соединены, чтоб размежевываться. Но США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) могут сформировать ту окружающую среду, куда попадет нарастающий Китай, если Вашингтон воспользуется преимуществами собственной сети альянсов и партнерств в Индо-Тихоокеанском регионе, включающей Японию, Южную Корею и бурно развивающуюся Индию, которые весьма очень обеспокоены рвением Китая к лидерству. Для этого Америке придется работать с ними и впрямую вести взаимодействие с китайским управлением, чтоб сдерживать вражду c Пекином, определять условия сосуществования, не допускать перерастания соперничества в столкновение, а также сохранять место для сотрудничества в решении глобальных заморочек.

Все зависит от разработки стратегии, которая не будет препятствовать трем сиим взаимосвязанным ценностям, а будет их подкреплять и усиливать. Разумеется, что Китай это не единственная геополитическая неувязка Америки. Просто это важнейшая для нее неувязка. Мы не можем игнорировать остальные регионы, где у нас имеются непреходящие интересы. Важным партнером остается Европа, а Северная Америка является нашей естественной стратегической базой, невзирая на то, что сегоднящая администрация устроила редчайший трюковой номер в дипломатии, настроив против себя канадцев. Мы также не можем игнорировать неминуемые кризисы у себя в стране и за рубежом, поэтому что они весьма нередко пускают под откос самые тонкие и роскошные стратегии.

Вооружившись точным пониманием ценностей, последующая администрация обязана будет перестроить и поновой сделать южноамериканские альянсы и партнерства, а также принять ряд непростых и издавна назревших решений, касающихся американских инструментов и критерий взаимодействия и сотрудничества с наружным миром. Все это нужно будет созодать дисциплинированно и организованно, что так нередко не хватало США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) в располагающий к лени период безраздельного южноамериканского господства опосля окончания прохладной войны.

Если девиз «Америка до этого всего» опять отправится на свалку истории, нам все равно придется прогнать много бесов. Идет речь о нашем высокомерии, диктате, недисциплинированности, нетерпимости, о нашем невнимании к южноамериканскому здравоохранению, о нашем культе военной силы и игнорировании дипломатии. Но у нас все-же есть шанс призвать на помощь нашу самую исключительную национальную черту, какой является способность янки к устранению дефектов и к самовосстановлению. У нас есть еще возможность сформировать собственное будущее, до этого чем это сделают за нас остальные игроки и движущие силы.

Уильям Бернс — президент Фонда Карнеги за интернациональный мир, прошлый заместитель госсекретаря, создатель книжки «Закрытый канал. Воспоминания американской дипломатии и резоны в пользу ее обновления» (The Back Channel: A Memoir of American Diplomacy and the Case for its Renewal).