The New Yorker (США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке)): новорожденные в ловушке коронавируса — zod-al.ru

Дела меж Беном и Эбби Розенбергами развивались по старинке. Речь не о их первой встрече, которая была виртуальной и произошла на еврейском веб-сайте знакомств Jdate, а о процессе ухаживания, который происходил в основном в письменном виде. Оба в то время жили в Нью-Йорке, но когда Бен прислал Эбби 1-ое сообщение, она, работавшая организатором мероприятий, была в командировке, открывая ресторан в Майами. Потом Бен поехал к родственникам в Израиль. Они обменивались посланиями на вебсайте, а позже переключились на электрическую почту, СМС-сообщения общение через Скайп. В конце концов, они стали сразу глядеть передачу «Отчет Кольбера», беседуя в это время по телефону. Эбби вспоминала, что к моменту первой личной встречи они «уже были друзьями, близкими к тому, чтоб втюриться друг в друга». Бен приостановил свою машинку у бруклинского парка Форт Грин, и Эбби села на пассажирское сиденье. Они взялись за руки и гласили так длительно, что движок кара заглох.

Спустя три года они поженились и попробовали завести деток. В то время им было по 38 лет. Желание иметь деток нахлынуло на их в один момент. Малая, хрупкая и темноволосая Эбби занималась организацией мероприятий в модном торговом центре «Челси Маркет» на Манхэттене. Бен, у которого кратко остриженная бородка, управлял в Куинсе маленькой компанией недвижимости. По словам Эбби, у их знакомых рождались малыши. «В один момент мы сообразили, что это будет нашим последующим шагом — стать родителями», — произнесла она. Но Эбби никак не могла забеременеть. У нее были препядствия мед нрава. Ей удалили фиброму матки, и она прошла курс исцеления от бесплодия, но безрезультативно. Она пару лет пробовала искусственное оплодотворение. Это были нескончаемые посещения докторов, неизменное наблюдение за овуляцией, вызывающие разочарование телефонные звонки. В конце концов, они сдались. «Я помыслила, что нужно просто запамятовать о этом. Но я желала стать матерью. И мы решили пойти на усыновление», — произнесла Эбби.

Один знакомый вывел их на техасское агентство по усыновлению, и в один из выходных дней они направились туда на ознакомительную беседу. Там они узнали, как сложна эта процедура. Посреди остального, при открытом усыновлении было правило, что био мама сама выбирает приемных родителей. В неких агентствах все это подается в обертке христианских убеждений, где основное — борьба с абортами. Они поглядели видео, на котором плачущая молодая женщина отдавала собственного малыша приемным родителям. Когда Розенберги ворачивались домой, Бен произнес: «Нет, это некорректно. Давай не будем так созодать». Но им весьма хотелось иметь малыша, а что созодать далее, они не знали. Их доктор как-то посоветовал гестационную суррогатную беременность. Это когда нанятая дама вынашивает их био малыша. Но таковая процедура стоила больше 100 тыщ баксов, и это было им не по кармашку. Сестра 1-го знакомого согласилась выносить малыша за номинальную плату в 20 тыщ баксов. Они направились в Нью-Мексико, где живет эта дама, чтоб пройти надлежащие мед процедуры. Но имплантация 2-ух зародышей завершилась неудачей.

Однажды опосля поездки в Техас Эбби проводила мероприятие в «Челси Маркете», и один из гостей, разговорчивый латыш, сказал ей о знакомых, которые получили малыша от суррогатной мамы с Украины. Там эта процедура стоит во много раз дешевле, чем в США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке). Эбби слушала его весьма пристально. Сама она выросла в Массачусетсе, но у ее семьи были украинские корешки. «Моя мать постоянно делала котлеты по-киевски», — поведала она. Дама присоединилась к группе в Фейсбуке под заглавием Intended Parents Surrogacy Support Ukraine. Она нашла, что там обмениваются информацией пары со всего мира — из Индии, Австралии, Британии. Спустя несколько недель Розенберги зарегались в маленьком репродуктивном агентстве с Украины, которое именуется «Новенькая надежда». Оно отыскало для их суррогатную мама, тридцатилетнюю даму из-под Киева. По словам Эбби, эта дама один раз уже вынашивала малыша для агентства. «Меня обнадежило то, что она отважилась создать это во 2-ой раз», — растолковала Эбби. В августе 2019 года дама забеременела и стала вынашивать малыша Розенбергов. Это была девченка, которую они решили именовать Одессой — в честь украинского городка и героя гомеровской «Одиссеи». Лично дамы не встречались ни разу, но они сдружились, общаясь в Фейсбуке. Они посылали друг дружке фото собственных кошек и матерей, которые в тот год ушли из жизни. Эбби поведала, что они вкупе рыдали во время общения.

Одесса обязана была показаться на свет 24 апреля, и Розенберги решили приехать за месяц до этого, чтоб приготовиться. В марте газеты запестрели заголовками о covid-19. Эбби и суррогатная мама стали обмениваться тревожными сообщениями. «Я весьма тревожусь за вас», — написала украинка, увидев анонсы о вирусе в Нью-Йорке. Но самолеты меж Нью-Йорком и Киевом еще летали, и никто не знал, как серьезна ситуация. Эбби произнесла: «Мы поразмыслили, что все у нас получится». Но не вышло. Массовые мероприятия, которые устраивала Эбби, оказались под запретом. 9 марта уволили Эбби и всю ее команду. Изготовлено это было незадолго до того, как в городке ввели распоряжение о самоизоляции. Забугорные страны начали вводить ограничения на полеты. «Мы смотрели на все это с изумлением», — произнесла Эбби. 15 марта Украина закрыла свои границы. Рейсы в Киев отменили.

Розенберги начали в отчаянии писать Юлии Осиевской, которая управляет «Новейшей надеждой». Но она, как и все другие, была в недоумении. По ее словам, она от имени Розенбергов связалась с украинским Министерством зарубежных дел, и 1-ое, что услышала Осиевская от чиновников, было: «Быть может, мы откроем границы. Но в сентябре». То, что начиналось как малая катастрофа — Розенберги могли не успеть на денек рождения собственной дочери — сделалось казаться аварией. В согласовании с украинским законодательством, здоровые новорожденные малыши могут находиться в поликлинике не наиболее 28 дней. Осиевская была готова опосля этого забрать Одессу домой, но в роддоме произнесли, что ее могут дать лишь легитимным родителям. Заведующий больницей предложил запасной вариант: по истечении срока перевести Одессу в ближний детский дом. Поликлиника намеревалась выделить отдельное крыло, где нянечки и медсестры ухаживали бы за малышами, рожденными суррогатными матерями. И никаких гостей из-за covid-19. «Именно тогда я начала рыдать, — поведала мне Эбби. — Мы поразмыслили: какой таковой детдом?»

Розенберги были не одиноки. Когда эпидемия начала распространяться и закрылись границы, предки во всем мире в один момент оказались отрезанными от собственных новорожденных малышей, которые практически были их био детками. Коммерческое суррогатное материнство набирает популярность благодаря стечению ряда причин. Это заслуги в области репродуктивных технологий, волна законов, ограничивающих усыновление, расширение прав гомосексуалистов и то событие, что в продвинутых странах дамы начинают рождать намного позднее, из-за чего же у их больше заморочек с детородной функцией. Но в большинстве государств коммерческое суррогатное материнство вне закона, в том числе, практически во всей континентальной Европе. Противники таковой практики утверждают, что суррогатных матерей легче подвергнуть эксплуатации, в особенности если они бедны. А еще это делает определенные опасности для деток. (Некие страны, такие как Австралия и Британия, разрешают суррогатное материнство, если это делается не за средства.)

В итоге любой год тыщи пар, желающих стать родителями, отправляются за предел в те малочисленные страны, где суррогатная беременность разрешена по закону. Одним из основных таковых мест являются Соединенные Штаты, где имеются самые современные репродуктивные технологии и действуют самые либеральные законы. Там и однополые пары, и не состоящие в браке люди могут получить малыша от суррогатной мамы. Но стоимость для почти всех просто недоступна, и потому Украина в крайнее десятилетие стала наиболее дешевенькой кандидатурой. Украинские суррогатные мамы раз в год рождают несколько тыщ деток, и у большинства из их зарубежные предки. В данной нам стране около 50 репродуктивных клиник и огромное количество агентств, выполняющих посреднические функции и ищущих пригодных суррогатных матерей.

Коронавирус породил хаос в данной нам системе. У нас нет официальных цифр, показывающих, сколько деток во всем мире оказалось в таковой сложный ситуации. Юрист из Орегона Робин Поуп (Robin Pope), представляющая интересы возможных родителей, считает, что в США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) в такую ловушку попало как минимум 200 деток, за которыми ухаживает импровизированная сеть из суррогатных матерей, сиделок, родственников и просто сострадательных людей. Она поведала мне, что за отпрыском 1-го из ее китайских клиентов до этого времени ухаживает его суррогатная мама. «Отец не может прилететь, а его ребенку уже практически 5 месяцев», — поведала Поуп. По словам украинского уполномоченного по правам человека, с начала эпидемии на Украине застряли, по наименьшей мере, 125 деток.

Эта неувязка вышла на 1-ый план, когда наикрупнейшее репродуктивное агентство страны «БиоТехКом» опубликовало видео, на котором 45 кричащих малышей лежат в ряд на телегах под люстрами гостиничного банкетного зала. Эта компания превратила принадлежащий ей отель в огромные ясли для деток, ждущих собственных родителей. Меж ними расхаживает группа нянечек, которые подкармливают и убаюкивают новорожденных. «Мы показываем деток родителям в онлайне, а наши менеджеры организуют видеоконференции, — гласит за кадром одна из нянечек. — Больно глядеть на то, как предки скучают по своим детям». Это видео спровоцировало на Украине гневные дебаты о промышленности суррогатного материнства. Некие политики востребовали запретить оказание таковых услуг иноземцам. Украинский уполномоченный по правам деток Николай Кулеба посетовал на то, что Украина перевоплотился в «интернациональный онлайновый магазин по продаже деток». Из-за этого видео возобновилась критика в адресок «БиоТехКом». Эта компания была замешана в одном скандальном деле, когда предки 1-го новорожденного оставили собственного малыша на Украине, потому что у него обнаружились препядствия со здоровьем. В 2019 году директора данной нам компании Альберта Точиловского быстро посадили под домашний арест, когда в его адресок зазвучали обвинения в торговле детками, подделке документов и уклонении от уплаты налогов. (Пресс-секретарь компании отметила, что директора не осудили, заявив: «Ему предъявили обвинение, но следствие не отыскало никаких доказательств».)

Директор агентства «Новенькая надежда» Осиевская пришла в кошмар от этого видео. «Стиль у данной нам отрасли вправду весьма нехороший», — произнесла она мне. Агентство Осиевской намного меньше, чем «БиоТехКом», но ситуация в ее компании сложилась удручающая. Не считая Одессы, Осиевская отвечает еще за четырех деток, которых должны были передать родителям в апреле и мае. Сейчас могут пройти месяцы, до этого чем предки смогут их забрать. «Это был ужас, — произнесла она. — Мне хотелось умереть». Ей было неловко нанимать нянечек для ухода за этими детками, как это сделали некие агентства. «Что если возникнет мед неувязка, либо не дай Бог, ребенок умрет?— произнесла она. — Кто будет за это отвечать?» Она предложила запасной план. Если Розенберги не сумеют приехать на Украину в течение 28 дней, она передаст Одессу из роддома в муниципальную киевскую поликлинику. Это было не намного лучше, чем детский дом. Педиатр Марджори Розенталь (Marjorie Rosenthal), работающая на мед факультете Йеля, поведала мне, что большая часть деток, проведших в поликлинике либо в яслях несколько недель либо месяцев, «наверное будут в полном порядке, в особенности если позже попадут домой к любящим родителям». Но мозг (центральный отдел нервной системы животных, обычно расположенный в головном отделе тела и представляющий собой компактное скопление нервных клеток и их отростков) новорожденного малыша развивается средством общения с ухаживающим за ним человеком. «Все обеспокоены тем, что если на одну сиделку приходится очень много деток, и их потребности не удовлетворяются, или они не разговаривают, то возрастает риск заморочек с развитием», — произнесла Розенталь.

В Фейсбуке будущие предки стали обмениваться паническими сообщениями. 1-ое препятствие на их пути было бюрократическим: получить визу для заезда на Украину в критериях закрытых границ. Задачка усложнялась в связи с тем, что некие страны, скажем, Австралия, с началом пандемии закрыли свои визовые учреждения. Тяжело было организовать поездку и тем родителям, чьи страны выступают против коммерческого суррогатного материнства. У Розенбергов таковой препядствия не было, но им все равно было тяжело преодолеть запрет на поездки. В апреле они начали непрерывное ночное дежурство, чтоб позвонить в южноамериканское посольство в Киеве в момент его открытия. Дипломаты им соболезновали, но большенный помощи они от их так и не узрели. «Они в реальности просто не знали, что нам сказать», — растолковала Эбби. Тогда Розенберги расширили масштабы собственных усилий и стали связываться «со всеми, кто знал кого-то в правительстве». Друг, который одно время работал на сенатора Чака Шумера; сотрудник, как-то связанный с Челси Клинтон; родственники Бена, утверждавшие, что они лоббировали интересы Джареда Кушнера. С течением времени их пожалел сотрудник из аппарата конгрессмена Шона Патрика Малоуни, который от их имени начал звонить в разные муниципальные учреждения.

Последующая неувязка носила организационный нрав. Даже если б Розенберги достали все нужные бумаги, все они равно понятия не имели, как попасть на Украину. Коммерческих рейсов в эту страну и из нее не было. Одна шведская пара из группы в Фейсбуке, Аннели и Навид Диль, выступила в государственной программке новостей и поведала о том, что они не могут попасть к собственному ребенку. Один обеспеченный швед услышал эту историю и арендовал для их личный самолет. Эбби поведала, что однажды они связались с безбедными родственниками Бена из Израиля, которые с энтузиазмом ведали о полетах на личных самолетах во время пандемии. «Они произнесли: „Просто сделайте это, нет ничего проще! Стоит это 20 тыщ баксов. Мы лишь что летали на женитьбу в Киев!»» — поведала Эбби. К огорчению, арендовать для их самолет эти родственники не предложили.

В конце концов Розенберги услышали о человеке, способном им посодействовать. Это был австралиец по имени Сэм Эверингэм, возглавляющий сиднейскую неправительственную компанию «Растущие семьи». Обычно Эверингэм устраивает конференции для людей, интересующихся суррогатным материнством за рубежом. Но в тот момент он работал в качестве неофициального агента по организации поездок для отчаявшихся родителей, которые пробовали добраться до собственных деток на Украину, в Грузию, Канаду, Мексику, Колумбию и Соединенные Штаты. Одна пара из Австралии в феврале слетала в Тбилиси вкупе со своим годовалым ребенком, чтоб находиться при рождении собственной тройни от грузинской суррогатной мамы. Когда началась эпидемия, эта пара на три месяца застряла в оплаченной квартире вкупе со всеми 4-мя детками, пытаясь получить свидетельства о рождении для собственной тройни в закрытых муниципальных учреждениях. Согласно правилам, всякого новорожденного должен аккомпанировать один взрослый, но их родственники не могли прилететь из Австралии на помощь. Они отыскали еще одну австралийскую пару, летевшую из Тбилиси в Мельбурн, которая согласилась поехать вкупе с их детками. «Эти люди два денька провели в воздухе с нашими малышами на руках», — поведала мне мама тройни.

По сопоставлению с Грузией на Украине все было проще. Эверингэм сказал Розенбергам, что хотя самолеты в эту страну не летают, выход все таки есть. У Украины есть общая граница с Белоруссией, которая во время пандемии перевоплотился в нечто вроде евро перевалочного пт. Авторитарный президент страны Александр Лукашенко отказался принимать профилактические меры для борьбы с распространением коронавируса. Во время игры в хоккей на заполненном зрителями стадионе он заявил одному репортеру: «Тут вирусов нет. Вы видите, как они летают вокруг? Я тоже не вижу». Потом он порекомендовал своим гражданам ради сохранения здоровья ходить в баню и пить «40-50 мл водки любой денек». (Количество заболевших covid-19 в Белоруссии потом резко возросло.)

Родителям это было прибыльно. Украина оставила открытыми несколько контрольно-пропускных пт на границе. Эверингэм высылал собственных клиентов в Минск, они ночевали в белорусском отеле, а на последующий денек двигались на машине к границе. Там, получив нужные разрешения, они въезжали на украинскую местность. Но была одна загвоздка: таксисты не могли перевезти их через границу. Клиентам Эверингэма необходимо было пешком пройти один километр по нейтральной полосе на границе меж 2-мя странами. Это было мучительное путешествие, но, по словам Эверингэма, так на Украину попали почти все его клиенты. За компанию таковой поездки Розенберги заплатили ему две тыщи баксов. Перед ними по этому маршруту проехал очередной янки из группы в Фейсбуке. Это был Джоэл Лейнеке из Лумиса, штат Калифорния, чей 3-ий ребенок был должен показаться на свет на Украине от суррогатной мамы в конце апреля. 15 апреля Лейнеке написал Розенбергам по электрической почте, что он удачно попал на местность Украины. Он нес с собой детские принадлежности и крупную сумму наличными для суррогатной мамы, которые он рассовал в потаенные кармашки, носки и нижнее белье. А еще он брал с собой «большенный ножик, просто, чтоб ощущать себя более уверенно». Он успел добраться до роддома к моменту рождения дочери. Его супруга Мишель произнесла мне: «Мы любим приключения, но Боже мой, это была наша наибольшая авантюра».

Рано с утра 25 апреля Розенберги вышли из собственной квартиры в Форт Грин на улицы пустого городка. Эпидемия приближалась к пику. Как и большая часть обитателей Нью-Йорка, они до этого весьма изредка покидали собственный дом. «Я страшилась даже выйти, чтоб разменять средства на мелочь, которая нужна для оплаты стиральной машинки в моем доме», — поведала Эбби. Но им нужно было успеть на самолет. Одесса родилась за некоторое количество дней до этого, 21 апреля. Время от времени они вынимали свои телефоны, чтоб полюбоваться на фотографию, присланную им Осиевской. Снимок сделали санитарки из роддома. «Они повязали ей на голову небольшой платок, — произнесла Эбби. — Она смотрелась как крохотная бабушка».

Практически за день до вылета Розенберги получили электрическое сообщение с желанным документом. Это было письмо украинского Министерства зарубежных дел, дававшее им разрешение на заезд в страну через Белоруссию. Не достаточно кто из янки сумел получить такое разрешение, и когда они приехали в аэропорт имени Джона Кеннеди, сотрудник авиакомпании «Эйр Франс» пару раз куда-то звонил, до этого чем зарегистрировать их на рейс. Поначалу они полетели в Париж в практически пустом самолета. В аэропорту Шарля де Голля расхаживали люди в защитных мед комбинезонах. Но самолет в Минск был переполнен неунывающими белорусами, которые, как и их президент, совсем не задумывались о вирусе, и забавно и звучно переговаривались меж собой. «Это было похоже на домашний ужин, на который нас не пригласили», — произнесла Эбби.

Один из водителей Эверингэма повстречал их в Минске и повез на границу с Украиной в Новейшую Гуту, где в окружении густых лесов находится военный контрольно-пропускной пункт. Ворота на границе были закрыты. На посту стояли бойцы с собаками-ищейками. Шофер высадил Розенбергов в нескольких метрах от ворот, где они присоединились к маленькой группе людей, надеявшихся пешком пересечь границу и попасть на Украину. Нескольких восточных европейцев перед ними развернули назад. Пограничники проверили документы Розенбергов: письмо с разрешением на заезд, паспорта, копию свидетельства о браке. Опосля этого их пропустили. Они пешком направились по пустому шоссе в сторону Украины, везя за собой чемоданы на колесиках. Эта пара была похожа на туристов, попавших в будущее опосля апокалипсиса. В ветвях деревьев голосили птицы. Под ногами шуршал гравий. Они надели хирургические маски, а в затратных кармашках брюк у Бена лежали плотные пачки средств для суррогатной мамы — 75 000 баксов.

Украина ввела неотклонимый карантин, по правилам которого люди должны были загрузить особое приложение, чтоб власти могли выслеживать их передвижения. Розенбергам пришлось две недельки посиживать на карантине на съемной квартире в Киеве. В воскресенье 10 мая, когда отмечается Денек мамы, они взяли такси и направились в роддом. Две украинские нянечки выкатили розовую телегу, на которой лежала Одесса. Ей было три недельки. Малыша завернули в белоснежные пеленки, а на голове у девченки была розовая шапочка. Одесса с энтузиазмом осматривала комнату. «Вот наш ребенок», — произнес Бен. Эбби поведала мне, что во время этих мытарств она воспретила для себя очень много мыслить о дочери. «Я обязана была мало отстраниться от нее, потому что в неприятном случае могла просто сойти с разума, — растолковала она. — Как я ее увидела, все недостающие детали в головоломке сложились. Мы получили свою дочь. Сейчас мы могли вздохнуть с облегчением». Спустя 10 дней Розенберги вкупе с дочкой Одессой улетели из Киева одним из первых коммерческих рейсов. В самолете они узрели Джоэла Лейнеке, который ворачивался домой со своим ребенком по имени Эмберейн.

В крайние недельки эпидемический кризис начал слабеть. Украинцы открыли свои границы для иноземцев, а 10 июня украинское агентство «БиоТехКом» организовало пресс-конференцию, пригласив на нее телеоператоров, которые запечатлели 11 пар из Испании и Аргентины, встречающих собственных новорожденных деток в отеле «Венеция». Южноамериканский юрист Поуп поведала, что почти все ее клиенты, прибывшие в США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке), забрали собственных деток, но домой возвратиться не могут, потому что у их нет паспортов на новорожденных. Госдепартамент получил большущее количество заявлений и не успевает их разглядеть и обработать. «Я сообщаю людям, что им придется ожидать до полугода», — произнесла Поуп.

На сей день Эверингэм посодействовал 50 парам получить собственных новорожденных деток. Ему как и раньше звонят испуганные предки, в особенности америкосы, которым из-за высочайшего уровня заболеваемости в США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) запрещено выезжать за границу. «Трансграничное суррогатное материнство постоянно было рискованным занятием с точки зрения логистики и закона, — произнес он. — А covid-19 только еще более ухудшил ситуацию». Он возлагал надежды, что кризис принудит власти пересмотреть законы о суррогатном материнстве. «Нам бы весьма хотелось, чтоб они приняли законы, дозволяющие заниматься суррогатным материнством снутри страны, так как тогда не нужно будет ездить для этого за границу», — произнес Эверингэм. Но если таковых законов не будет, люди, желающие стать родителями, все равно будут ездить за предел, несмотря на риск. Он уже начал заниматься побочным делом, организуя отправку зародышей для тех пар, которые уповают начать данный процесс текущим в летнюю пору. Эверингэм произнес мне: «Меня постоянно поражало то, на какие трудности готовы пойти люди ради сотворения семьи».

Розенберги проводят это лето в районе Грейт-Нек у родителей Бена. Не так давно Одесса начала улыбаться. «У нее такие длиннющие пальцы на руках и ногах, — поведала Эбби. — Она весьма гулкая и ест за двоих». Они не знают, как далее будут устраивать свою жизнь — продолжат ли они жить в Нью-Йорке, возвратится ли Эбби на свою работу. Но Розенберги уповают, что когда-нибудь проведут отпуск на Украине вкупе со собственной дочерью. Они желают побывать в городке Одессе и навестить суррогатную мама собственного малыша, с которой поддерживают связь. «Мы вернемся, — произнесла Эбби. — Мы должны повидаться с людьми. У нас есть еще там незавершенные дела».