«Чайнофобия» в Европе: Китайский взор на немецкую политику — zod-al.ru

  • «Чайнофобия» в Европе: Китайский взор на немецкую политику — zod-al.ru

    09.07.2020

    17

    Опосля окончания коронавирусного кризиса политическая картина мира перетерпит значительные конфигурации. В ней полностью возможны будут нежданные ходы геополитических игроков, новейшие альянсы и смены концепций наружной политики почти всех государств.

    В преддверии этого было бы хорошо осознавать, как эти игроки оценивают друг дружку. А означает — осознавать, какими могут быть будущие отношения меж ними.
    Как один из главных глобальных игроков – Китай – глядит на внешнюю политику объединённой Европы и её фаворита – Германии.

    Удивление Поднебесной

    Для представителей германского правительства и ведущих европейских политиков, посещающих Китай, стремительная поездка в Шанхай является практически что неотклонимой.

    Быстрое развитие городка дает массу поводов для искреннего энтузиазма. Немцы нередко удивляются тому, что эта страна еще наиболее современна, чем обычно задумываются почти все, и что она дает совсем иную повестку, чем та, которая представлена в европейской прессе.

    Их удивление, в свою очередь, {само по себе} умопомрачительно. Китай является одним из основных торговых партнеров Германии и, как следует, имеет решающее значение для благоденствия ее людей. Граждане данной нам страны, как минимум, должны быть отлично информированы о таком принципиальном партнере.

    Несут ли средства массовой инфы ответственность за схожий недочет инфы? Полагаю, да. В конце концов, они изображают иной Китай, заставляя принимать его как некоторый авторитарный Мордор.

    Не достаточно кто из их задаётся вопросцем: если это так, то как схожая система породила настолько оживленный рост?

    И в этом недопонимании иногда доходит до откровенно курьёзных ситуаций.

    Например, один из ведущих германских политиков, когда-то интенсивно работавший в Германской Демократической Республике, в один прекрасный момент, выступая с речью в Шанхайском институте, совсем от всей души сравнил КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира) и ГДР, на основании чего же сходу же предложил  аудитории, как лучше управлять их государством. О том, как эти страны вправду сравнимы, не стоит и гласить.

    Американо-германские дела

    Наружная политика хоть какой страны в эталоне базирована на близком к реальности восприятии наружного мира и учете собственных интересов в нём.

    Но, по воззрению почти всех в Китае, восприятие Германией наружного мира представляется очень туманным. Что более разумеется во отношениях с основным партнёром и старшим союзником всей объединённой Европы – США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке).

    Исходя из убеждений Китая, в крайние годы меж Берлином и Вашингтоном было много общих дискуссий, сущность которых с германской стороны состояла в убеждении южноамериканского правительства в том, что Германия и США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) делят одни и те же ценности, в надежде, что крайние будут продолжать поддерживать Германию и остальных союзников «стоя плечом к плечу против противников трансатлантического общества и его ценностей».

    Но времена поменялись.

    Старенькому материку тяжело смириться с тем, что американо-германские дела на данный момент намного труднее, и основной ценность США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) при Трампе – «Америка главнее всего». В сегодняшней американской гамме есть лишь два цвета: «южноамериканский» и «неамериканский».

    Германия в этом смысле равно хоть какой иной стране из неамериканского раздела, и разница там всего только в маленьких аспектах.

    Для Китая разумеется, что целый ряд решений, принятых администрацией Трампа, вынудил европейцев и германцев а именно поменять свое восприятие положения вещей в североатлантическом лагере.

    Призывы европейцев взять свою судьбу в собственные руки стают все громче.

    Но Европа, тем не наименее, очень зависит от США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) в военном, геополитическом и экономическом отношении. И эта несамостоятельность стала болезненно ясна в итоге краха иранской ядерной сделки,  также кризиса беженцев.

    По воззрению Китая, США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) — это предел свободы Европы. Основной стоп-фактор всех её решений. И для Поднебесной основной вопросец тут в том, чтоб Европа совершенно и Германия а именно стали хозяевами своей судьбы.

    Германия и Наша родина

    С иной стороны, главным геополитическим партнёром самого Китая является Наша родина.

    А в позиции Германии по отношению к Рф в истинное время доминирует одно слово: «санкции». При том, что Наша родина имеет базовое геополитическое и стратегическое значение для самой Германии.

    Разумеется, что Германия очень зависит от русской энергетики, потому политика европейской сохранности без размеренных отношений меж 2-мя странами невообразима.

    Опосля окончания «прохладной войны» правительство Гельмута Коля было преисполнено решимости интегрировать дестабилизированную Россию в европейское и трансатлантическое общество. Но потом дела поменялись – германо-российский альянс оказался невыгоден очень почти всем, а воссоединение с Крымом оформило похолодание совсем.

    С того времени германские дебаты о Рф сосредоточились только на дихотомии «с санкциями» либо «без санкций».

    Другие идеи могли быть очень нужны, беря во внимание значимость Рф, но нет никаких признаков того, что это произойдет в наиблежайшее время.

    Китай очень волнует схожее положение дел. Вообщем, как и ряд качеств уже снутри европейской политики в целом.

    Германия и Франция

    Например, то, что Германия и Франция разумеется являются движком развития Евро Союза, но, к разочарованию почти всех, этот движок отдал сбой. В большой степени из-за разлада меж ними.

    По словам 1-го германского профессионала:

    «У Эммануэля Макрона любой денек возникает 10 новейших мыслях, но Германия не реагирует ни на одну».

    Почти все партнёры европейских государств, в том числе и Китай, ждут, что Германия возьмет на себя ведомую роль в европейской интеграции. Такое управление обязано было бы проложить для Европы путь в будущее, а не зацикливать ситуацию на существующем положении вещей либо даже на прошедшем.

    И то, что по факту данный процесс, разумеется, буксует, также не ускользает от внимания тех, кто следит за ним из Пекина.

    «Чайнофобия» в Европе

    Для Китая разумеется, что обоюдные дела с Европой и Германией, которые в крайнее время то и дело спотыкаются, должны быть установлены на наиболее крепкой базе.

    При всем этом у китайской общественности есть чёткое чувство, что германские СМИ (Средства массовой информации, масс-медиа — периодические печатные издания, радио-, теле- и видеопрограммы) передают искаженное представление о их стране. Их репортажи по Китаю прогнозируемо негативны либо совсем не соответствуют реальности. Некие даже молвят о откровенной демонизации Китая.

    Почему германские СМИ (Средства массовой информации, масс-медиа — периодические печатные издания, радио-, теле- и видеопрограммы) изображают Китай в таком нехорошем свете, когда Китай показывает лишь положительный взор на Германию?

    Это весьма показательный вопросец, демонстрирующий, что существует большущее расхождение меж публичными представлениями в обеих странах.

    В Китае сформировалось устойчивое мировоззрение, что в Европе существует «чайнофобия», в главном выражающаяся в обвинениях Китая в стремлении к гегемонии с внедрением экономического развития. На этом основании делается вывод, что Китай является системным противником Европы.

    В собственном вступительном заявлении новейший президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен заявила, что «…некие страны обращаются к авторитарным режимам, некие приобретают их глобальное воздействие и делают зависимости, инвестируя в порты и дороги». И полностью разумеется, что конкретно она имела в виду. Равно как и то, что Китай навряд ли будет принимать подобные намёки, как нечто дружеское.

    В Пекине считают, что её слова предполагают политизацию обычной экономической деятельности и приписывают совсем обычным экономическим отношениям достаточно наизловещим мотивам.

    Естественно, Европа обязана созодать все по-своему. Но это не означает, что её путь – единственный вероятный. Вообщем, схожее мировоззрение существует не только лишь в Китае.

    Китай и Германия: взаимовыгодные дела

    Как страны-экспортеры, Китай и Германия соединены всеобъятным стратегическим партнерством, характеризующимся обоюдным политическим доверием.

    Бессчетные обоюдные визиты глав стран и правительств 2-ух государств молвят сами за себя. Председатель КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира) Си Цзиньпин не один раз посещал Европу, встречался с канцлером Меркель на почти всех интернациональных конференциях. Фрау канцлерин была в Китае дюжину раз, а китайский премьер-министр-постоянный гость в Германии.

    Правительственные консультации проводятся с 2011 года. Они привели к бессчетным соглашениям о сотрудничестве и очевидно стимулируют двухсторонние дела. Китайско-германские дела укоренились, расцвели и принесли свои плоды в рамках наиболее чем 70 диалоговых устройств на всех уровнях.

    Существует отлично налаженное «общество интересов» меж Китаем и Германией. Это содействует как благосостоянию их населения, так и стабильности интернационального мира и экономического роста.

    Вообщем, спровоцированная США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) торговая война нанесла вред не только лишь китайской и американской экономикам, да и европейской экономике тоже.

    Система вольной торговли была перевернута с ног на голову. Ответом Китая сделалось еще большее открытие собственного рынка.

    Почти все германские конторы, которые я посетил в Китае, подтверждают, что китайский рынок как и раньше наиболее выгоден, чем остальные, хотя он и стал наиболее сложным.

    В 2018 году размер товарооборота меж Китаем и Германией достигнул € 199,3 миллиардов. Это сделало Китай основным торговым партнером Германии уже 3-ий год попорядку. А Германия — самый принципиальный торговый партнер Китая в Европе.

    Процветают также и отношения в сфере штатского общества.

    В истинное время в Германии насчитывается 37 000 китайских студентов и наиболее 1000 китайских учёных. Было заключено наиболее 1300 соглашений о высшем образовании. Для германских студентов Китай является самым пользующимся популярностью местом для обучения за рубежом, кроме Европы и США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке). И это уже {само по себе} гласит о уровне межгосударственных отношений, по последней мере, в реальный момент.

    Философия политики

    С администрацией Трампа, раздувающей пламя мирового торгового конфликта, наружная политика почти всех государств стала характеризоваться националистическим возрождением и эгоизмом – кое-где здравым, кое-где нет.

    Глобальный порядок, установленный опосля 2-ой мировой войны, разрушается на очах вкупе с самой мыслью многополярности.

    С 2015 года Европа находится под давлением кризиса беженцев. Разумеется, что наружная политика не может и дальше оставаться таковой, какой была. Германия известна во всем мире своими мыслителями, и ее наружная политика нуждается в философии.

    С китайской точки зрения, без этого тяжело представить для себя какую-либо ведомую роль в том числе и в ЕС, не говоря уже о взятии на себя глобальной ответственности.

    С данной нам позиции философия, лежащая в базе германской наружной политики, основанная на «нескончаемом мире» Канта, обязана была бы гарантировать относительно дружелюбный путь развития, сколь утопично бы это ни звучало.

    Вообщем, на самом деле сегоднящая Европа всё наиболее показывает явное желание обеспечить мир и сохранность при помощи большего количества орудия и все наиболее впечатляющих военных учений.

    Как уместно это решение и стоит за ним пересмотр тех философских основ наружной политики – как постоянно покажет жизнь.

    Китай же, в свою очередь, также делает из этого полностью тривиальные выводы.

    Очевидно, неизменная задачка наружной политики заключается в том, чтоб помогать Германии и Европе отыскивать свое пространство в новеньком мировом порядке, трансатлантическом, европейском и глобальном – в том числе и в том, который начнёт складываться опосля эпидемии.

    И тут длительно существовавшие константы уже не так явны.

    На Западе «испытанный и надежный друг» Америка уже не тот, что до этого. На Востоке Русский Альянс — заклятый неприятель западной Европы — перевоплотился в РФ (Российская Федерация — государство в Восточной Европе и Северной Азии, наша Родина), дела с которой также ординарными не назовёшь.

    Вот и Китай перевоплотился из экономического напарника в геополитического конкурента. Естественно, это не отменяет партнёрства, как такого. Но, тем не наименее, накладывает серьёзный отпечаток на все нюансы отношений.

    В целом же взор современного Китая, как на Германию, так и на всю объединённую Европу можно охарактеризовать одним словом: ожидание.

    Пекин до этого всего желает осознать, выйдут ли европейские страны из тени США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) и начнут ли играться если не на сто процентов, то куда наиболее самостоятельную роль в определении направлений собственных политических векторов.

    Конкретно от этого и будет зависеть предстоящее развитие событий в отношениях Европы и Поднебесной.

    И нужно признать: перспективы зачем-то подобного на данный момент наиболее чем имеются. Как они будут реализованы – вот вопросец, интересующий Китай до этого всего. Вообщем, полагаю, интересует это не только лишь китайцев.

Leave a Comment

To Top