ГОД ЧЕРНОГО ПОКЕМОНА — zod-al.ru

17

Это было лет 10 вспять. Быть может, больше. Мы посиживали с другом, как постоянно забавно о кое-чем гласили. Был, кажется, свежайший номер газеты «Завтра» с передовицой Проханова. А его испытания постоянно имели таковой особенный, вдохновенно-образный нрав. Весьма типичный. Не помню, кому первому из нас пришла в голову мысль написать что-то в схожем прохановском стиле. Друг мне подбросил строку: «Наступал год темного покемона». Остальное написал я… А дедушка Проханов… Прочел не так давно его запись в блоге: все весьма плохо, много ошибок, но ошибки исправлять поздно, и Наша родина уповает, что Путин все-же очнется и все поправится, и мы поскачем, поскачем бодро в будущее — как то так. Дедушку даже пинать не охото, заслуженного дедушку жаль.

Дунул ветер, и по улицам столицы разнесло ворох избирательных бюллетеней с отпечатком лягушачьей лапки. Что-то громыхнуло на западе и небо нахмурилось надвигающейся тьмой — или тучей, или огромным туловищем жиробуржуина с толстыми губками.

Отвратительное чудовище раскинуло пальцы-щупальцы, и они зазмеились над крышами, время от времени задевая купола церквей. На Россию упала тяжкая ночь (то есть темное время суток).

Куранты пробили тринадцать раз и на Спасской башне отворилось окошко. Из него выглянул железный болванчик, схожий на 1-го человека. Болванчик произнес «Ку-ку» и разразился хохотом механического клоуна. Из ворот просунулась темная рука с ключом от кладезя пучины, и исшёл дым, а совместно с ним вышли на волю большенные пауки с человечьими лицами, что расползлись по городку, просочились в квартиры через отверстия вентиляции и приникли скупыми хоботками к вискам спящих обывателей, просверливая крошечные отверстия и выпивая через их мозг (центральный отдел нервной системы животных, обычно расположенный в головном отделе тела и представляющий собой компактное скопление нервных клеток и их отростков). Спящие отмахивались от душащих кошмаров и не могли пробудиться.

На главной площади страны что-то бухнуло и всхлипнуло.

— Что это?

Мрачное, рваное, без рук и глаз, с одной впалостью рта, схожее на рваное знамя анархии.

— Кто это?

— Тень Независимости.

За стонущей Тенью тянется череда идущих совместно: нестройный оркестр, надрывисто исторгающий не музыку, а тоскливые стоны духовых, сопровождающиеся тяжёлым бубуханьем огромного барабана. За ним на скрипучем катафалке темный гроб с протухшим вздувшимся медведем, в мертвых очах которого возятся червяки.

Шествие удаляется в сторону зарождающегося рассвета.

Начинается утро, утро обыденного денька…

Мещанины с голубыми лицами выползают на улицу, отыскивают в собственной голове мысли и не находят ничего.

—Кто я? Для чего?

— Ничего не понимаю, но основное работать.

Пустые оболочки тел расходятся по городку, изображая жизнь.

Девченка за руинами домов на пустыре средь разбитых бутылок и обрывков полиэтиленовых пакетов вырыла ямку и похоронила плюшевого мишку с пуговицами заместо глаз. На могилку она поставила фотографию  с надписью «Мощная Наша родина — Единая Наша родина».

Наступал год Чёрного Покемона…