ГРЯДУЩАЯ СМЕРТЬ БАНКОВ — zod-al.ru

  • ГРЯДУЩАЯ СМЕРТЬ БАНКОВ — zod-al.ru

    16.07.2020

    5

    Выживут лишь центральные банки

    В конце прошедшего года популярная интернациональная консалтинговая компания McKinsey выпустила очередной  банковского мира за 2019 год под видным заголовком: «The last pit stop? Time for bold late-cycle moves» (Крайняя остановка? Время для смелых окончательных действий).

    Оценки и прогнозы этого документа – жёсткие, шокирующие. За 10 лет опосля мирового денежного кризиса 2008-2009 гг. наблюдалось неуклонное ослабление банков во всём мире: прибыль понижалась либо даже переходила в убытки, падала рентабельность капитала, темпы прироста кредитных ранцев стали отставать даже от умеренных темпов роста ВВП (Валовой внутренний продукт — макроэкономический показатель, отражающий рыночную стоимость всех конечных товаров и услуг, то есть предназначенных для непосредственного употребления, произведённых за год во всех отраслях экономики на территории государства). В 2018 году прирост мирового ВВП (Валовой внутренний продукт — макроэкономический показатель, отражающий рыночную стоимость всех конечных товаров и услуг, то есть предназначенных для непосредственного употребления, произведённых за год во всех отраслях экономики на территории государства) в номинальном выражении составил 5,9%, а кредиты возросли только на 4,4%.

    Кризис 2008-2009 гг. не привёл к восстановлению нарушенных в экономике и денег пропорций. Экономика вошла в новое десятилетие в состоянии депрессии. Все ожидали обычного оживления, но оно так и не пришло. Центробанки пробовали воскресить экономику при помощи понижения главных ставок, но это что-то наподобие инъекции морфия нездоровому: несколько уколов создать можно, но повсевременно накачивать пациента наркотиком недозволено.

    Европейский центральный банк

    А мы лицезреем, что в протяжении десятилетия центробанки держали главную ставку на максимально низком уровне. Кое-какие ЦБ (в Дании, Швеции, Швейцарии, Стране восходящего солнца) совершенно опустили её ниже нуля. А ФРС США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) держала главную ставку на уровне 0-0,25% с конца 2008-го до конца 2015 г. Опосля некого увеличения она на данный момент снова опустилась до значения 0-0,25%. С 2016 года главная ставка ЕЦБ стабильно находится на нулевой отметке. Все это делалось ради оживления экономики, но, повторяем, оживления не вышло. Зато банковская система столкнулась с серьёзнейшими неуввязками: процентные ставки по активным (кредитным) и пассивным (депозитным) операциям стали очень низкими. Сделалось проблемно получать прибыль за счёт процентных операций, всё огромную роль стали получать доходы в виде комиссий. В неких странах (Швейцария, Германия, Нидерланды, Дания) банки стали устанавливать отрицательные процентные ставки по депозитам. Это совершенно сделало риск разрушения банковской системы, ибо депозиты являются фундаментом, на котором строится механизм производства безналичных (депозитных) средств коммерческими банками. По оценкам Deutsche Bank, кредитные организации еврозоны теряют из-за отрицательных ставок по восемь млрд баксов в год. «Практически банки наказывают за хранение на депозитах в ЦБ вольных валютных средств», – отмечают в McKinsey.

    Чуток ли не на первой страничке обзора McKinsey красуется видное резюме исследования: только 40% банковских организаций в мире делают стоимость, а 60% её уничтожают. Эта фраза значит, что лишь две пятых всех банков имеют прибыль, а три пятых убыточны. Крайние до полного банкротства в течение ряда лет могут копить убытки, почти все держатся на плаву за счет санирования, т. е. валютных вливаний со стороны центробанков либо стран. Вреды и убытки выявляются полностью только на фазе банкротств и в конечном счёте возлагаются на всё общество (через налоги, возросшую инфляцию, прямые убытки клиентов банков-банкротов и т. п.).

    Deutsche Bank

    Данные обзора McKinsey, свидетельствующие о потере банками доходности, не являются кое-чем нежданным. У всякого второго банка, по данным ЕЦБ, рентабельность собственного капитала (ROE) ниже цены вербования акционерного капитала (Cost of equity). Это значит, что банкам проблематично нарастить капитал как за счёт выпуска акций, так и за счёт прибыли.

    Принадлежность банков к первой либо 2-ой группе (создающих и уничтожающих стоимость) зависит от ряда причин. До этого всего, от страновой принадлежности банков. К примеру, в США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) рентабельность банковского капитала (показатель ROTE – return on tangible equity) на 10 процентных пт ниже, чем посреди европейских банков. Важен и таковой фактор, как размеры банка. В первой группе банков приблизительно половина (20% общего числа банков в мире) зарабатывает львиную долю всей прибыли банковского мира и практически все относятся к уровню больших и больших банков. Чем больше капитал и активы, тем выше рентабельность. Вообщем, тут создатели обзора Америки не открывают. Схожая зависимость была постоянно, она всепригодна. О действиях концентрации и централизации капитала совершенно и банковского а именно писали и Карл Маркс в «Капитале», и В.И. Ленин в работе «Империализм как высшая стадия капитализма». Писал и германский социал-демократ Рудольф Гильфердинг в собственной базовой работе «Денежный капитал» (1910 год; считается одной из самых больших марксистских работ по экономике опосля «Капитала»).

    Можно по-разному интерпретировать оценки, находящиеся в обзоре, но разумеется, что как минимум половина всех банков в мире обречена на смерть. Что означает погибель банка? Или это полная ликвидация банка в итоге его банкротства, или его поглощение наиболее большим и конкурентоспособным банком. Соперниками банков сейчас являются уже и компании high-tech, которые разрабатывают цифровые валюты и сервисы для проведения стремительных платежей. Они захватывают на рынке миллионы клиентов, которые ранее воспользовались услугами обычных банковских организаций. Часть нынешних банков пробуют соперничать с компаниями high-tech, остальные предпочитают заключать с ними соглашения о сотрудничестве, время от времени происходят слияния.

    Создатели обзора намекают банкам, что время для решительных действий у их остаётся совершенно незначительно, ибо в мировой экономике назрели все признаки масштабного кризиса. Доклад был размещен за три месяца до начала пандемии коронавируса, которая не была базовой предпосылкой кризиса, но стала его триггером, также дымовой заавесью, скрывшей настоящие предпосылки появления кризисной ситуации.

    Под «решительными действиями» создатели обзора соображают по последней мере три вида действий. Самое основное – смелее перебегать на новейшие технологии, до этого всего цифровые. Не считая того, банки должны укрупняться путём слияний. McKinsey подчёркивает: «В дальнейшем размеры, быстрее всего, будут значить больше, потому что банки приближаются к технологической гонке вооружений». В конце концов, банки не должны стесняться наиболее обширно применять аутсорсинг, т. е. перекладывать на остальные конторы решение незначимых задач, снижая издержки.

    Есть ещё один фактор, угрожающий существованию банков, который не учтён в обзоре McKinsey, но значение которого будет возрастать в наиблежайшее время. Я уже , что центробанки в текущем году резко активизировали свои усилия по введению официальных цифровых валют. Фаворитами тут выступают , центробанки Швеции, Южной Кореи, Таиланда. В этом году в цифровую гонку включилась ФРС США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке). Одна из основных целей введения центральными банками собственных цифровых валют – замещение этими валютами наличных средств. Тем центробанки будут пробовать запереть в банковской системе физических лиц, которые стали выводить средства с банковских депозитов.

    К слову, спрос на наличность резко возрос и со стороны банков, которые выручают свои средства, размещённые на счетах ЦБ, от процентного обесценения, обращая их в кэш. Собственных сейфов у банков не хватает, они пользуются услугами особых хранилищ. В особенности очевидно этот процесс просматривается в Германии, где уже не хватает специально оборудованных складских помещений для хранения банковского кэша. Опосля того как в 2016 году до нуля была снижена процентная ставка ЕЦБ, припасы наличных у банков ФРГ пошли резко ввысь. К концу 2019 года они утроились и достигнули исторического рекорда – 43,4 миллиардов евро,  Bloomberg. В физическом выражении это 442 тонны в купюрах по 100 евро, 800 тонн – в 50-евровых банкнотах и 1,7 тыщи тонн, если применять банкноты по 20 евро.

    Как бы мера по замещению кэша цифровой валютой призвана приостановить начинающийся разрушение системы коммерческих банков. Но выясняется, что таковая «спасательная операция» может убить коммерческие банки ещё резвее, ибо они утратят свою классическую функцию посредника меж центробанком и физическими лицами. Выпуск цифровых средств взамен картонных символов (банкнот) подразумевает, что для физических лиц в центробанке будут раскрываться депозитные счета до востребования. Коммерческие банки в данной нам схеме – избыточное звено.

    К такому выводу пришли создатели  Федерального запасного банка Филадельфии «Central Bank Digital Currency: Central Banking for All» (Цифровая валюта центрального банка: центробанк для всех?)

    Сервис населения может вполне перейти к центробанкам, что для современного человека смотрится не по привычке. Практически никому из физических лиц не приходилось впрямую контактировать с центробанком, но в случае введения официальных цифровых валют придётся. К слову, когда-то в далёком прошедшем так было. К примеру, в старом центробанке – Банке Великобритании (учреждён в 1694 г.) сначала его деятельности раскрывались счета принципиальным и богатым гражданам. Молвят, что так было также в Первом и Втором банках США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке) (существовали в конце XVIII – 1-ые десятилетия XIX века, они были предшественниками Федеральной запасной системы США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке)). В докладе ФРБ Филадельфии содержится намёк на то, что коммерческие банки отжили собственный век, а в эру числа все вопросцы, связанные с эмиссией средств и обслуживанием населения и бизнеса, может взять на себя центробанк. Цифровые технологии полностью дозволят ему управлять миллионами и миллионами счетов физических и юридических лиц. В обзоре McKinsey говорится о неизбежности концентрации и централизации капитала в секторе личного банкинга, т. е. о резком сокращении числа личных банков. А доклад ФРБ Филадельфии заявляет о способности полного исчезновения коммерческих банков. Думаю, что 1-ый сценарий – дело наиблежайшего грядущего. Что касается второго сценария, он быть может реализован позже.

    P.S. Сначала ХХ века посреди марксистов велись оживлённые дискуссии по вопросцам концентрации и централизации капитала и сотворения монополий в различных сферах экономики, включая банковскую. Карл Каутский считал, что этот процесс будет длиться до того времени, пока не остается единственная организация в собственном секторе – сверхмонополия (брошюра «Ультраимпериализм», 1914 г.). Германец имел в виду абсолютную мировую монополию. В.И. Ленин в работе «Империализм как высшая стадия капитализма» (1916 г.) подверг резкой критике эту позицию Каутского, заявив, что, до этого чем монополизация дойдет до последней собственной точки (до сотворения абсолютной монополии), противоречия капитализма достигнут таковой остроты, что он лопнет.

    Успеет ли процесс концентрации и централизации банковского капитала дойти до таковой стадии, когда все коммерческие банки пропадут и остается только один банк, именуемый центральным? Причём даже не в рамках 1-го страны, а в глобальных масштабах («мировой Центробанк»)? Либо же этого не произойдёт по той причине, что капитализм вправду успеет разорваться? Я не раз писал о том, что сейчас очень много признаков того, что капитализм доживает крайние деньки. И перманентный банковский кризис крайнего десятилетия о этом свидетельствует. Мир вступает в эру посткапитализма. Будут ли там банки? Побеседуем о этом в последующий раз.

Leave a Comment

To Top